Буду покорной

 – А что?

– Она занимается спортом?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что мне кажется, что я сейчас отключусь.

Клим усмехнулся.

– Ты права, чтобы удовлетворять мои аппетиты, нужна хорошая подготовка.

– У тебя всегда такой напор?

Клим внезапно стал очень серьезным и, слегка нахмурившись, задумчиво посмотрел на меня. Я не знала, как трактовать этот взгляд, но что-то подсказывало мне, что ответ должен был быть отрицательный, и все же Клим негромко произнес:

– Да.

Это, надо сказать, так полоснуло по моему сердцу, что, казалось, я могла почувствовать, как оно кровоточит. Но сейчас куда сильнее меня занимал другой вопрос.

– Ты ни разу не воспользовался защитой.

– В каком смысле?

– Мы все время занимаемся сексом без презерватива.

– Долго же в тебе зрел этот вопрос. Ешь, Ника, хватит ковырять в тарелке. Тебе нужно восстанавливать силы.

– Ты не ответил, – упрямо настояла я, но под тяжелым взглядом Клима все же всунула в рот кусочек запеченной рыбы.

– Я чист, поскольку договорные отношения, которые у меня с Аланой, подразумевают регулярные проверки и отсутствие случайных связей.

– Я бы могла назвать нашу связь случайной, – мне снова пришлось забросить кусочек рыбы в рот, потому что Клим выразительно показал взглядом на мою тарелку. – Мы же не заключали никакого соглашения.

– Да, но ты сдала анализы.

– Откуда ты знаешь? – удивленно спросила я.

– Потому что тебя довольно легко просчитать. Как только ты узнала, что твой парень, оказывается, состоит в отношениях не только с тобой, то тут же побежала сдавать анализы. Я прав? – Я медленно кивнула, поражаясь его догадкам. – Учитывая то, насколько спокойна ты была насчет своего здоровья, я предположил, что результаты тебя порадовали. Если у человека находят ЗППП, вряд ли он так спокойно отнесется к прикосновениям и даже присутствию другого человека, потому что ему будет казаться, что даже своим существованием он заражает окружающих.

– Личный опыт?

– Стал свидетелем такого момента. Но я все равно всегда пользуюсь презервативом. Люди иногда лгут и изменяют. Даже преданные рабыни.

– Тогда почему со мной не пользуешься?

Клим сделал глоток сока и посмотрел в сторону.

– Сложно сказать.

– Да ладно, – протянула я. – У Клима Романова отняло речь?

Он метнул в меня напряженный взгляд.

– Пересядь ко мне на диван, Ника, – скомандовал он голосом, которым обычно разговаривал в своей тайной комнате или спальне.

Я качнула головой, не в силах даже произнести твердое «нет». Мне казалось, что я уже была выдрессирована на его команды, как собака. Кожа тут же покрывалась мурашками а между ног сводило от желания.

– Сейчас, Ника, – процедил он сквозь зубы, и я, как марионетка, встала со своего места, чтобы сесть рядом с Романовым.