Если буду нужен, я здесь

Если я сейчас начну дергать ручки на дверях с табличками «staff only», можно будет отмечать возвращение к собачьей жизни образца десятилетней давности. А я не хочу! Не хочу. Не хочу…

Верчу башкой. Дверь в мужской туалет открывается. Не дыша наблюдаю за тем, как из сортира выходит Антон.

– Тоже отлить?

Этот ком в горле вообще можно сглотнуть? Дергаю несколько раз кадыком.

– Не, – сиплю. – Жену ищу. Ты не видел?

– Она была на танцполе, но потом куда-то ушла.

Ну конечно! Конечно, они не вместе. Господи, Назар, вот просто выбрось это из головы!

Антон удивленно наблюдает за сменой эмоций на моем лице. Я отвожу глаза и в этот миг, наконец, замечаю, как…

– Что происходит? – останавливаю взмыленного официанта.

– В кухне прорвало трубу."

"По ходу движения достаю из кармана телефон. Ага. Так и есть. Несколько пропущенных от менеджера. Толкаю дверь. До закрытия не так уж много времени. Даст бог, вывезем. Окидываю кухню цепким взглядом и застываю с открытым ртом. Лала в числе нескольких подсобных рабочих собирает воду с пола огромными, непонятно откуда вообще на моей кухне взявшимися тряпками. Босиком. С завязанным на бедрах в узел дизайнерским платьем и безжалостно скрученными на макушке волосами, которые она закрепила… палочками для суши?! И с кем-то на повышенных, видно, чтобы перекричать производственный шум, разговаривающая на неизвестном мне языке.

– Виктор Петрович, Максакбек говорит, что ему нужно еще минут пять, продержитесь на горячей воде? Очень повезло, что после ремонта осталась… Я не знаю, как это перевести… Муфта? И что Максакбек раньше ремонтами занимался! Где бы мы сейчас сантехника искали, правда? Ой, Назар, до тебя все-таки дозвонились! – заметив мою застывшую фигуру, лялька радостно улыбается. – А то тут…

Она еще что-то тараторит. Я киваю. Беру ее за мокрую руку, заставляю распрямиться. И на глазах у десятков своих подчиненных целую.

Эмоции… Вот что делает жизнь по-настоящему яркой. Правда, если длительное время себя от них отгораживать, в надежде избежать потрясений, об этом почему-то начинаешь забывать. А зря. Исключать, что память может в любой момент вернуться и вышибить из тебя дух, нельзя. Лала вон как быстро меня реанимирует. Только за сегодняшний вечер мой скудный эмоциональный спектр пополнился такими чувствами, что… Я же говорил, что сдохну? Вот как пить дать. Нельзя так. Нельзя человеку моего возраста, чтобы вот так из одного в другое швыряло.

– Да понял я, понял, что тут произошло. Что за Максакбек? – веду губами по ушку.

– Новенький. Его на подсобные работы взяли, – вздыхает Лала.

– Ты прикинь, тут льет, этот Макса… как его там, что-то тараторит. Ни хрена не по-нашему. Хорошо, хозяйка пришла, все решила, – вмешивается в разговор шеф. – А то бы и знать не знали, что этот Макса… помочь может.