Кружевница из ковена Будриоли

Я не хочу, чтобы нашему разговору помешали.

Глава 40

Наш долгий разговор с ювелиром закончился тем, что мы решили подписать трудовое соглашение. Единственный нюанс состоял в том, что подписывать его должна была за меня Надя. Я объяснила Демьяну Федотовичу, что не хотела бы афишировать свое имя. На удивление, ювелир отнесся к моей просьбе с пониманием. Он лишь поинтересовался: кто такая Надя и могу ли я ей полностью доверять. На это я ответила, что девушка — моя кузина и да, я могу ей доверять.

- Мы можем подписывать трудовое соглашение по каждому украшению в отдельности, - предложила я. – Тогда и переживать не за что будет. Как вы на это смотрите?

- Отличная идея. В таком случае, я жду от вас эскизы. Как только определимся с будущим изделием, сразу же подпишем соглашение, - ответил Демьян Федотович. – Надеюсь, мы сработаемся с вами, Мария Дмитриевна.

После этого ювелир предложил мне за опаловый набор приличную сумму. Он сказал, что сделает застежку на браслет и швензы на серьги. Сазонову не терпелось узнать реакцию дам на столь необычное украшение. Я, конечно же, согласилась на это предложение.

На следующий день мы с Надей и Алексеем прошлись по магазинам. Купили теплую одежду домочадцам, мыло, сахарную голову и свечи. Я с удивлением узнала, что в домах небогатых горожан до сих пор пользовались лучинами. Их крепили в поставцах, под которыми стояла чаша с водой для падающих угольков. Лучина испускала едкий дым, который распространялся по всем комнатам. Горожане среднего и высшего достатка могли позволить себе свечное освещение, но середняки тоже не тратились на дорогие восковые свечи. Они покупали дурно пахнущие, коптящие, сальные, так как разница в стоимости была приличная. Сальная свеча стоила двенадцать копеек, а восковая — пятьдесят. Мы купили восковые, чтобы не дышать копотью и не задыхаться от противного запаха.

Теперь нам предстояло навестить матушку графа Милютина. Я немного нервничала, вспоминая слова поверенного о ее характере. Но визит отменять не собиралась. Если я решила узнать информацию из первых уст, я ее узнаю, несмотря ни на что.

Когда мы подъезжали к имению Милютиных, начал накрапывать мелкий дождик. Сквозь его туманную пелену белоснежный особняк казался чем-то призрачно прекрасным.

Парадный вход с колоннами, украшенный мезонином, который по периметру окружала изящная балюстрада. Над входом раскинулся полукруглый балкон-навес. Его венчал герб Милютиных, расположившийся в треугольной нише.

- Какая красота… - восхищенно протянула Надя. – Граф, наверное, очень богатый человек…

- Несомненно, - я внутренне собралась перед встречей с Еленой Андреевной. – Надя, Алексей, как бы к нам ни отнеслась матушка Владимира, мы должны быть вежливыми.