Глаз тигра. Не буди дьявола

Себастьян радостно рассмеялся, но машина под ним вдруг резко качнулась, и, чтобы удержаться, он схватился за край кабины. Таким приемом пилот старался привлечь его внимание, и Себастьян пожалел, что тот не придумал другого способа это делать.

Он сердито оглянулся.

– Осторожней ты, чертов даго![48] – заорал он, стараясь перекричать свист ветра и грохот мотора.

Но да Сильва принялся яростно жестикулировать, розовые губы его так и выплясывали под черными усиками, закрытые летными очками глаза дико таращились, а правая рука энергично тыкала над крылом куда-то вниз.

Себастьян увидел его сразу, это был катер, он столь вызывающе четко выделялся на поверхности широкой протоки, что он удивился, почему не заметил его раньше, но тут же вспомнил, что все его внимание было тогда обращено на участки суши под брюхом аэроплана, это было понятное оправдание. Зато возбуждение да Сильвы мало чем может быть оправдано, подумал он. Это же не военный корабль, не крейсер, а крохотное суденышко, от кормы до носа футов всего-то двадцать пять, не больше. Он быстро пробежал взглядом по протоке до ее впадения в синеющее вдалеке открытое море. Пусто, больше ничего нет.

Себастьян посмотрел назад, на пилота, и помотал головой. Но возбуждение да Сильвы, наоборот, еще больше возросло. Он еще раз что-то дико просигналил ему рукой, но Себастьян снова ничего не понял. Чтобы не спорить, он кивнул, и в это мгновение машина провалилась под ним вниз, душа его ушла в пятки, и он снова отчаянно вцепился в борта кабины."

"Сделав вираж, да Сильва снизился, выровнял траекторию и теперь летел так низко, что колеса аэроплана почти задевали верхушки мангровых деревьев. Они мчались к протоке; и как только под ними мелькнули последние деревья, да Сильва клюнул носом еще ниже, и они оказались всего в нескольких футах от водной поверхности. Это была демонстрация поистине высшего пилотажа, хотя на Себастьяна она не произвела должного впечатления. Он лишь молча проклинал да Сильву, глядя на него вытаращенными от страха глазами.

Доверху нагруженный катер маячил впереди, примерно от них в полумиле. Оставляя за собой на воде широкую полосу ряби, аэроплан несся к нему на уровне всего лишь на несколько футов выше самой высокой точки суденышка.

– Вот зараза! – в отчаянном смятении выругался Себастьян. – Мы же сейчас в него врежемся!

Его мнение, похоже, разделяли и те, кто находился на катере. Страшная машина с ревом мчалась прямо на них, и один за другим люди стали покидать свой корабль. На глазах у Себастьяна двое из сидящих сверху груза древесины сиганули в воду, подняв вокруг себя снопы белых брызг.

В самую последнюю секунду да Сильва что-то сделал, и летательный аппарат взмыл и перескочил через катер.