Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

На всякий случай отобрать острые предметы. И на метр к ней не приближаться! Чревато последствиями.

Раздраженно одергиваю занавеску и хмуро проверяю, что на этот раз Леся натворила. Не беспокоюсь о том, что могу застать ее голой. Хотя кого я обманываю? В глубине души на это и рассчитываю.

Но к моему сожалению… Леся одета. В то самое голубое платье, которое невероятно ей идет. И так облегает фигуру, выделяя каждый изгиб, что я судорожно сглатываю. Особенно, когда взгляд падает на обнаженную спинку, обводит острые лопатки, ""пересчитывает"" идеально ровные позвонки. Там, где на платье порвалась молния. Разошлась до самой поясницы.

И когда Леся подпрыгивает на месте от неожиданности, то край ткани оттопыривается, открывая обзор на белье. На ней одни из тех простых трусиков, которые я утром в комнате ее видел. А верха нет… Видимо фасон платья не предусматривает его. Зато я невольно ищу потерянную часть комплекта взглядом, нахожу в углу кабинки, оцениваю чашечки.

Все-таки зря нянька в интимный отдел не дошла. Впрочем…

Расстегиваю две верхние пуговицы рубашки, потому что ворот внезапно начинает сжимать мое горло и душить.

- Что случилось? – спрашиваю хрипло, хотя ответ очевиден.

- Вы какое право имеете в примерочную ко мне врываться? – шипит Леся, оглядываясь, и платье придерживает одной рукой. Пытается части ткани соединить – и только чаще белье свое демонстрирует.

- Так что? – фиксирую ее талию, чтобы прекратила двигаться хаотично и дразнить меня.

Там невеста в соседнем отделе! А я сильнее пальцами впиваюсь в подтянутые бока молодой няньки. Тут же получаю локтем в живот. И убираю руки.

Леся разворачивается ко мне, позволяя оценить ее впереди, и я делаю это очень медленно, получая удовольствие от увиденного. Про себя отмечаю, что ей платье идет. Иначе она смотрится в нем. Взрослее, серьезнее, сексуальнее, черт бы ее побрал.

Но стоит взглянуть в озорные синие глаза, как все возвращается на свои места. Нет, показалось. Передо мной та же бестолковая девочка. И подтверждает это своим следующим действием.

- Бегунок сорвала, - протягивает кулак и разжимает его медленно.

Беру с ее раскрытой ладони «собачку», усмехаюсь над виноватым выражением лица. И жестом, прокрутив пальцем в воздухе, приказываю Лесе опять стать ко мне спиной. Фыркнув, она все-таки слушается.

- Извините, я случайно, - лепечет, понурив плечи.

Подавляю смешок, потому что лично мне плевать – оплачу испорченную тряпку. И, признаться, не знаю, зачем пытаюсь сейчас вставить бегунок в молнию. Наверное, ради того чтобы невзначай касаться подушечками пальцев бархатной кожи, вызывая мурашки на ней. И чтобы скользить взглядом по идеальной спинке, пока девочка не видит.

- А вообще, неудачная в этом платье молния. Слишком длинная.