Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

Слишком слабая, чтобы достучаться до снежной принцессы, но при этом абсолютно не злая.

- А вам шампанского, Лера? – отвлекает меня Стас, и я нехотя поворачиваюсь к нему. В процессе оказываюсь буквально расстреляна недовольными горящими углями.

Альберт все еще смотрит на меня, а я так теряюсь из-за его необъяснимого контроля за каждым моим действием и словом, что не сразу замечаю, как обратился ко мне Петровский. Назвал настоящим именем.

- Леся, - поймав напряженный взгляд Ильи, исправляю Стаса. – И я не пью, - отрицательно взмахиваю кудряшками.

Туманов, который напротив, недоверчиво изгибает бровь и меняется в лице. Алик становится мягче, теплее. Изучает меня с какой-то затаенной нежностью и чуть уголки губ приподнимает. Будто удивлен моему ответу. Или считает меня малолетней дурочкой. Второе – наиболее вероятно.

Пусть. Мне плевать на его мнение. И так ясно, что я не в его вкусе. Сочту это за комплимент. Ведь вкус у него, судя по настоящей Валерии, отвратительный.

- Нет, - повторяю Петровскому и убираю свой бокал, когда он, не послушав меня, все-таки пытается плеснуть в него из бутылки. Пара капель и пена попадает на скатерть, а я беспокоюсь, чтобы все это не стекло мне на платье. Ткань жалко – Альберт дорогую и редкую купил нам с Аленкой.

Отодвигаюсь еще, хотя уже некуда. И так к Рапунцель прижалась.

- Это всего лишь шампанское, - уговаривает Стас таким удивленным тоном, что я пришельцем себя чувствую не от мира сего.

- Не употребляю алкоголь. Совсем. Ни единого градуса. Даже кефир не пью, - заканчиваю свое сопротивление шуткой, которую Стас ожидаемо не понимает.

Зато Алик и Илья одновременно хмыкают и откашливаются. Исподлобья смотрю на Тумановых по очереди, но их лица одинаково серьезные. Значит, показалось.

- У вас болезнь или аллергия? – сводит брови младший Петровский и поглядывает на старшего, будто они обмениваются мыслями.

Если честно, я понятия не имею, можно ли мне крепкие напитки. Желания не было пробовать, а в ЗАГСе я попросила лимонад мне в бокал налить – по цвету подходит, и гости не поняли бы, что я жульничаю.

- Аллергия, - выдыхаю обреченно. – Но не на алкоголь, - демонстративно двигаю стул ближе к Аленке.

- Стас, прекрати нам ценного помощника спаивать, - не выдерживает Алик. И хоть говорит холодно, глаза вспыхивают недобрым пламенем.

- Ну, если уж настолько ценный для тебя помощник, - с подтекстом тянет Петровский, а Валерия ресницами глуповато хлопает, - тогда я умываю руки.

Но, вопреки словам, все-таки наливает мне какой-то сок. На всякий случай принюхиваюсь и пробую: все нормально.

Старшие Петровский и Туманов начинают обсуждать дела, Майя старается угодить Аленушке, Валерия весь вечер трогает Альберта и шепчет ему что-то. На последних стараюсь не смотреть: раздражают дико.