Ты будешь моей

Сердце забилось, как ненормально, с каждой секундой ускоряясь сильнее, очередной приступ паники подступил к горлу, когда, сделав еще несколько шагов я уперлась в стену. — Не надо, пожалуйста, — прошептала, из последних сил цепляясь за реальность. Взгляд метался из стороны в сторону в поисках пути отступления и хоть какой-нибудь защиты. Никого. Здесь никого не было, кроме нас двоих.

—Несколько недель, несколько гребанных недель, — прорычал он, оказавшись возле меня — я пытаюсь добиться от тебя хотя бы улыбки, хоть одного долбанного ответа на сообщение.

— Отойди, прошу, — уперлась ладонями в его грудь, с трудом контролируя подступающую истерику. Слишком близко. — Пожалуйста…

— Отойти? — оскалился, словно хищник, нависший над добычей. — С чего бы?

— Матвей…

— Что, Лара, не нравлюсь? Рожей не вышел? Я ведь не давил, держался в стороне, думал, что с тобой нужно иначе, мягче, увидел в тебе что-то. А ты оказывается просто обыкновенная, расчетливая сука, да? — усмехнулся.

Я не понимала, о чем он говорит. Матвей пугал меня до чертиков, а его слова подействовали словно самая сильная пощечина. Все сильнее вжимаясь в стену, я могла лишь молиться, чтобы он остановился, отпустил меня.

— Отпусти меня, пожалуйста, — произнесла, задыхаясь от ужаса, когда парень прижал меня к себе, сжимая свои ладони на моих бедрах. Страх сковал движения, я словно снова вернулась на четыре года назад, в прошлое, туда, где умерла сгорела моя душа, оставив лишь пустую оболочку.

— Ну давай, расплачься еще, может поверю, — пошипел он, обдавая горячим дыханием шею. — От его прикосновений ты не шарахаешься, скажи мне, на что ты повелась? На деньги? Так у меня их не меньше, ты только скажи сколько, и я дам. С Деминым тебе ничего не светит, девочка, у него уже давно Катя головного мозга, а я хорошо заплачу. Ну так сколько ты хочешь за одну ночь?

Глава 2

Лара

— Ну, что молчишь? Сколько ты стоишь, детка? — нужно было ответить, расцарапать его физиономию, стереть с лица похабную улыбочку, а я стояла истуканом, с колотящимся сердцем, стремящимся вырваться из груди. Ужас, неподдающийся контролю сковал, обездвижил, все что я могла — смотреть в полыхающие гневом глаза напротив и мысленно просить его отступить. Мужские ладони тем временем скользнули ниже, к самому краю юбки, подцепили края и потянули вверх.

— Не надо, — выдавила из себя, чувствуя, как погружаюсь в пустоту, отрывки воспоминаний из прошлого заплясали перед глазами, все вокруг помутнело, в ушах звенело.

— Расслабься, тебе понравится, — эта фраза сработала, как спусковой механизм, больше я не видела ничего. Не было сил вырываться, бежать. Ладонями закрыв уши, замотала головой, не понимая, что делаю, слезы полились градом. В какой-то момент хватка на бедрах ослабла, а потом и вовсе исчезла.