Будь со мной

Тони напрягся:

— Он символизирует возможность найти дорогу домой.

— Я так мало о тебе знаю. — Беспокойство вновь охватило женщину.

— Эй, мы же специально убежали сюда. Все остальное может подождать. — Тони снял с нее очки и положил на стол. Потом он вытащил из букета орхидею, провел цветком по носу Шеннон, по щекам, по шее.

У нее подкосились ноги. Она села на край шезлонга, заткнула орхидею за ухо и полулегла.

Тони вынул из вазы длинный стебель с синими бутонами и погладил им руку Шеннон, каждый палец в отдельности, а затем и живот.

— Синий шалфей, — прошептал он, — потому что я думаю о тебе день и ночь.

Его слова взволновали женщину не меньше, чем прикосновения цветка.

А Тони продолжал дразнящие ласки. Серебристой лилией он гладил ее ключицу и грудь.

— Шеннон, — проговорил он торжественно, — я выбрал лилию, потому что ты прекрасна.

Цветком он чертил сужающиеся круги на ее груди, пока не добрался до соска. Тело Шеннон напряглось, спина изогнулась от сладостного предчувствия, а Тони занялся второй грудью, повторяя искусительный рисунок.

Она потянулась к нему, обхватила за плечи, стараясь притянуть к себе:

— Тони…

Он осторожно отвел ее руки:

— Не трогай меня, или я остановлюсь. — Тони положил лилию на ее раскрытую ладонь. Его темные глаза светились. — Коралловая роза — символ страсти.

Розе предстояло ласкать ее живот, все ниже, ниже. Голова Шеннон откинулась назад, глаза закрылись. Ее волновало одно: как далеко он решится зайти?

Нежное щекотание продолжалось — по внутренней стороне бедра, все смелее и смелее. С ее губ вырвался хриплый стон.

А он не останавливался. Бедра Шеннон раздвинулись, открывая дорогу цветку, предоставляя свободный доступ Тони. По коже побежали мурашки. Тело трепетало от искушения.

Теплое дыхание коснулось ее живота, и место розы заняли его губы.

Он сливался с ней, потом отступал, а давление внутри нее росло и билось…

И расцветало.

Крик наслаждения сорвался с ее уст.

Тони скользнул вверх и накрыл собой Шеннон. Ее руки упали ему на плечи, она притянула его к себе, предлагая усилить напор.

Тони наполнил ее и ритмично задвигался. Шеннон удивилась, почувствовав, что желание поднимается на лихорадочную высоту. Вскрикнув, она впитывала в себя ощущения: его грудь на ее груди, шелковистые лепестки на ее спине."

"И запахи. Она вдыхала смесь ароматов цветов, секса и земли теплицы. Она гладила его спину, широкую, сильную и удивительно нежную.

Тони прокладывал себе дорогу не только в ее тело, но и в ее сердце. Как могла она сопротивляться? Шеннон старалась убедить себя, что это всего лишь физическое притяжение, но в глубине души знала, что этот мужчина значит для нее гораздо больше.

Чувствуя приближение развязки, она прижала руки к лопаткам Тони.