Будь моим талисманом

И ночь с едва знакомым мужчиной – за это малая цена, как ни посмотри.

– Самоцвет мой, – тихо позвал Арий, снова заставляя краснеть. – А давай ты расскажешь мне о своем страхе. Пожалуйста.

И столько тревоги и мольбы было в этом голосе! Мне же не кажется. И такое сыграть нельзя, как бы ни хотелось! Да и к чему Арию что-то изображать? Он со мной искренен. Только…

– С чего ты решил…

– Чем дольше дракон находится с суженой, тем сильнее ощущает ее эмоции.

М-да… Влипла ты, Элла.

– Так о чем ты думаешь?

– О том, что будет после свадьбы, – созналась я.

Арий понял. Как-то сразу и очень быстро. Заглянул в мои испуганные глаза, погладил дрожащие руки, наклонился, почти касаясь губ, и хрипло прошептал:

– Не трону. Пока сама не захочешь.

– Это… твое право, – заметила я, зная, что жена не должна перечить мужу.

Данная истина с самого детства вкладывалась в головы всех женщин нашего королевства.

– Сдается, долго мне придется из тебя эту ненормальную покорность вытягивать.

Хм…

– Арий…

– Элла, так не пойдет.

– Ты о чем? – набравшись смелости, спросила я.

– О близости между мужчиной и женщиной.

Я покраснела. Вся. Сдается, у меня даже кончики волос стали пунцовыми.

– Не отводи глаз, – приказал Арий, едва я попыталась их опустить. – И послушай, что я тебе скажу.

И голос у него строгий, чуть хрипловатый.

– Главное для дракона – свобода, Элла. Возможность выбирать, самому принимать решения. И даже если ты совершаешь ошибки – это нормально. Ненормально, когда тебе не дают поступать так, как ты считаешь нужным. Это ведь твоя жизнь."

"К чему он все это говорит?

– Близость должна происходить лишь тогда, когда есть любовь.

Ну да, конечно. Можно подумать, мачеха, явно никогда не любившая отца, подчинялась этому правилу. А уж про то, как именно создавались семьи в деревне, я промолчу. Там роль играло приданое, какая из невесты работница, сможет ли рожать детей да… послушание старшей по дому, чаще всего матери мужа. Где здесь любовь? Не вижу.

– Элла, у драконов все иначе, – спокойно заметил Арий, давая понять, что последний вопрос я задала вслух.

– Не понимаю, – созналась я.

Никак мои представления не вязались с тем, что до этого говорил жених.

– Браки по расчету не для моего народа. Это не принесет счастья и не даст наследников.

– Почему?

Последнее заявление заставило окончательно растеряться.

– У драконов дети рождаются только тогда, когда есть любовь.

Я открыла рот, закрыла и жалко из себя выдала:

– Я…

– Не любишь меня, знаю.

И в этих словах слышится горечь. Едва заметная, но такая острая, что мне до безумия хочется обнять Ария и прошептать что-то ласковое. Только я… трушу. И сколько себя за это ни ругаю, молчу.

А потом неожиданно жар окатил с ног до головы от синевы, что полыхнула в его взгляде.