Будь моим первым

Пережить его и вернуться домой.

Да что со мной не так-то, блть?

Рабочий день проходит как обычно. Пятиминутка в конференц-зале, слушаем, вникаем в события прошлой ночи. Событий не было. Мало что экстраординарного случается в стенах нашего старинного госпиталя. Операции плановые, несложные.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Потом пациенты по записи.

В конце дня сижу, заполняю истории болезней, заканчиваю уже, как раздается стук в дверь. Бросаю взгляд на часы — шестой час. Сначала гадаю, кого там принесло, а потом вспоминаю — точно! Сегодня же дама от Чернова обещала прийти. Любопытно.

— Заходите, — приглашаю.

В ответ снова робкий стук. И правда стесняшка. Многие наши женщины так сильно комплексуют из-за любого внешнего дефекта, что готовы скорее помереть дома, чем показаться доктору.

— Заходите! — повторяю громче. — Не бойтесь, я не кусаюсь.

Дверь медленно открывается, и в мой кабинет бодро заходит Полина Александровна Барсукова.

Да ептить! Быть такого не может!

— Добрый вечер! Ой! Илья, ты здесь работаешь? — округляет она глаза в мнимом удивлении. — Не смотрите на меня так, доктор! Обещали не кусаться!

Я хищно прищуриваюсь и подаюсь вперед.

— Ты чего пришла? Как ты… — хмурюсь, потом до меня доходит, что произошло. — А, вот оно что.

— Какое неожиданное совпадение! Бывает же! — тараторит она, не особо даже стараясь притворяться, пожимает плечами. — Можно?

Ее волосы собраны в высокий хвост, минимум макияжа на лице. Летящий белый сарафан. Коротенький.

— Да садись уж, раз пришла, — киваю на стул рядом. — Давай сразу карточку. Я закончу и займусь тобой.

— Я подожду, вы не спешите. Мною надо заниматься очень тщательно, — говорит она кротко. Присаживается на стул, закидывает ногу на ногу. — А какую карточку надо было принести? Банковскую?



Глава 22

— Понял, — говорю я скорее себе, чем ей. — Банковскую не надо.

Прицепилась же мелкая. Ее отец вполне конкретно дал понять, чтобы я держался от его сокровища подальше и чтобы не надеялся, что былые заслуги мне сильно помогут в случае каприза мажорки.

Пишу строчку за строчкой, она сидит напротив. Думал, уткнется в телефон, но нет. Пялится на меня. Я глаза поднимаю, она их отводит, потом снова пялится.

— Показывай свою проблему, — говорю я, откладывая ручку в сторону и смотря ей в глаза.

— А вы руки не помоете? — шепчет она. — После других пациентов. А то мало ли какая у вас тут зараза ходит.

— Ну мы ж пока не оперируемся, — выгибаю бровь я.

Впрочем, мне несложно, поднимаюсь с места, мою руки с мылом. Она довольно резво для больного человека пододвигает тяжелый стул таким образом, чтобы между нами с ней не было стола.