Будь моим

Она в очередной раз переворачивает мой мир, и я царапаю мужские плечи, выгибаясь в сильных руках. Трусь грудью, ерзаю на крышке пианино и издаю такие пошлые и громкие звуки, от которых на секунду сама прихожу в шок, а потом забываю обо всем, когда рука Влада задирает подол сарафана и сдвигает вбок пропитанные моей влагой стринги.

— Совсем без башни, Моцарт… — хрипит Градский, глядя вниз.

Я опять чересчур мокрая. Настолько, что его пальцы с легкостью проникают внутрь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да! — выкрикиваю и насаживаюсь на его пальцы сама.

Воздух вокруг нас тяжелеет. Влажные звуки разлетаются по комнате и смешиваются с нашим громким дыханием.

Влад рычит мне на ухо, не переставая двигаться во мне.

Запрокинув голову, закатываю глаза, чувствуя покалывание в ступнях и напряженный тяжелый узел удовольствия внизу живота.

— Кончай, — приказывает.

Мое тело будто только этого и ждало. Взрываюсь мелкой дрожью. Влад прижимается губами к моей шее и с шумным вдохом всасывает кожу, не вынимая из меня двух пальцев, вокруг которых я плотно сжимаюсь.

Одной рукой нахожу точку опоры, чтобы не свалиться с пианино, а второй сжимаю каменный член Градского прямо через боксеры. Сильно и грубо.

Он издает хриплый стон и, сдернув меня с инструмента, тащит к матрасу.

Бретельки сарафана падают с плеч.

Откинув подол, мужские руки цепляют пальцами мои трусы и стягивают их по бедрам и ногам вниз, оставляя болтаться на правой щиколотке.

Раскидываю ноги, с дрожью в теле глядя на Влада, который вклинивает между них бедра, усаживаясь на колени и приспуская боксеры.

Облизываю губы, глядя на его напряженный член.

Несмотря на все безумство и пошлость происходящего, он не торопится ворваться в мое тело.

Тяжело дыша, сжимает в кулаке каменную эрекцию и будто ищет внутреннюю концентрацию, потому что… боится сделать мне больно… будто боится быть тем самым эгоистичным говнюком до конца…

К черту это все…

Откинувшись на спину, сжимаю свою грудь и приподнимаю бедра.

— Трахни меня… — знаю, что провоцирую его. — Как тебе хочется…

— Блять… не могу… — рычит он.

Я чувствую поцелуй у себя над пупком, а затем ощущение наполненности забирает все мое внимание.

От резкого толчка я ударяюсь головой о стену.

Чертыхнувшись, Влад дергает на себя мои бедра, стаскивая меня ниже.

Мы вновь целуемся, бешено сплетаясь языками и кусая друг друга. Я царапаю его лопатки, он в диком ритме вбивается в мое тело, отчего я издаю стоны, которые заводят нас обоих еще сильнее.

Влад поднимается на колени и поочередно выкручивает мои соски.