Будь моей ведьмой

Да, я порадовалась, что не платье и туфли, и особенно хорошо, что можно не смотреть на все это, доверившись Стужеву. Хотя…

— Саш, а ведь на меня чары не действуют, — осторожно напомнила я.

— Маргош, если бы это были чары, я бы их снял, — тихо ответил Стужев и тут же: — И да, сегодня ты то белье с бусинками примеришь, так сказать, в качестве уплаты моего морального ущерба.

От темы про пауков ему меня удалось отвлечь, это да. Но тот факт, что мы шли по живым существам, хоть и мерзким, мне не нравился.

— Сашшша, а я могу их услать, или разогнать, или…

— Маргош, мы не на Терре, это раз, у тебя возможности Яги, а не ведьмы, это два, и третье — есть вещи, о которых я точно знаю, что они безвредны для тебя, а есть те, в которых не уверен. Второй категорией магии я тебе заниматься не позволю.

— То есть теоретически могу? — предположила я.

— Ритусик, смирись, ты не всесильна, — хохотнул Стужев и открыл какую-то дверь.

В следующее мгновение я ощутила опасность. Холодок неприятного чувства кольнул сердце, вынуждая открыть глаза.

— Саша!!!

Арбалетный болт вылетел из устройства, которое я ранее видела лишь в исторических фильмах, но Стужев вскинул раскрытую ладонь, и стрела замерла в полуметре от нас! А с потолка, как конфетти, спускались и спускались пауки! Огромные, маленькие, с длинными лапками, с короткими лапками, с… и обтекали нас, словно по стеклянному куполу.

— О, господи, — простонала я.

— Все хорошо, — уверенно произнес Кощей, не отрывая взгляда от стоящего в дверном проеме монстра.

Именно монстра — он выглядел как древний старик, в наличии были и всклокоченные седые волосы, и борода до колен, и кожа потемневшая, ссохшаяся, вот только старые руки крепко держат арбалет, а глаза… серые, с ярким синим зрачком.

— Знакомься, Ритусь, это карачун, или иное название — гибельник, — как-то очень буднично представил Саша. — Но в то же время нежить второго порядка, ибо, как ты видишь, способен удерживать материальные предметы.

Я ни о чем не думала, я ощущала, как пауки, воспользовавшись нашей остановкой, ползут по моим ногам! И мне орать хотелось, прыгать и сбивать их! Саша медленно оглянулся, быстрый взгляд на насекомых — и те сдохли. Мгновенно! Слетели с меня, а ведь до колен уже добрались и теперь лежали на полу, подрагивая лапками… недолго.

А в следующее мгновение начался бой! Одно движение Кощея — и арбалетный болт, крутанувшись, помчался в гибельника… чтобы четко и плавно, как нож в масло, влететь в его левый глаз.

— Отвернись, — приказал Саша, срывая с руки черный браслет.

Он бросил его на пол, и тут же вместо кусочка кожи показалась маленькая черная змея с алыми блестящими глазками.