Будь моей

И оставалось только положить голову ему на грудь…

— Обычно, — внезапно заметил Василий, — когда женщина находится так близко от меня, я перестаю контролировать себя, но вы в своей нелепой одежде не похожи на женщину, если не считать вашей прекрасной груди. Пожалуй, я могу сдержаться. На какое-то время.

Глаза Александры недоверчиво округлились, и мысли о сне мгновенно покинули ее, а мысли об избавлении, напротив, нахлынули с удвоенной силой.

Но пока она еще не была готова сказать «пожалуйста».

— Это не смешно, Петровский.

— По правде говоря, я тоже не нахожу эту шутку забавной, поскольку она касается и меня.

Алин опять решила не уточнять, уверенная, что объяснение не доставит ей удовольствия.

— Отпустите меня.

— Скажите «пожалуйста».

— Отпустите, черт бы вас побрал! Девушке показалось, что граф наконец собрался уступить ее просьбе, потому что переложил поводья в ту руку, которой поддерживал ее сзади. При этом другая его рука оказалась свободной, но вместо того чтобы помочь Александре спуститься, Василий приподнял ей подбородок так, что она была вынуждена смотреть ему прямо в лицо и видеть, как он наклоняет голову, приближая свои губы к ее губам.

— Я старался, — хрипло сказал граф."

"На секунду у Александры прервалось дыхание: она поддалась гипнозу, но сразу же очнулась и в страхе, что вернутся вчерашние ощущения, закричала:

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

На какое-то мгновение Алин Показалось, что он раздосадован ее уступчивостью. Но затем радость победителя возобладала: в следующую минуту Александра оказалась уже на земле, и граф смотрел на нее сверху вниз, и на губах его играла самодовольная улыбка.

— Это урок тебе, любовь моя, — высокомерно сказал он. — Лучше сдаться сразу, ибо чем дольше ты будешь упорствовать, тем хуже для тебя.

Урок или предупреждение? Но Алин не стала гадать, говорит ли он о волшебном слове, которого наконец добился, от нее или уже имеет в виду помолвку.

— В таком случае, вы сами нуждаетесь в уроке, Петровский, — возразила она и громко окликнула:

— Терзай!

Почти мгновенно овчарка оказалась рядом и разразилась таким громким и свирепым лаем, что на этот раз жеребец Василия испугался и с головокружительной скоростью понесся через ближайшее поле, и Александра улыбнулась, наблюдая за не слишком успешными попытками графа обуздать животное. Ей пришлось пройти пешком, пока ее не увидели братья Разины, но Алин ничуть не была смущена или расстроена и даже рассмеялась, потрепав свою собаку:

— Он хочет поставить все точки над i, но у нас есть свои условия, и боюсь, они ему не понравятся. А как ты считаешь. Терзай?

Следующая неделя прошла без всяких приключений, возможно, потому, что Василий и Александра всячески избегали разговоров друг с другом.