Будь моей беременной

Короткое заклинание, и шейный платок Альберта стянул ему горло так, что брат покраснел и упал на колени, пытаясь сорвать с себя предмет гардероба.

— Как ты мог, Альберт?! — выплевывая слова, приближался я к брату под непонимающим взглядом бабушки. — Ради чего? Денег? Наследства Рейверсов? Я бы отдал тебе все свое состояние, если бы ты пришел и попросил! Но ты решил…

Я не смог сказать это вслух! Это был самый ужасный мой страх! Сам того не осознавал ранее, а вот как оно вышло.

— Ты едва не вырвал мне душу! — проговорил я. — Не лишил меня самого ценного — любимой женщины и нерожденного ребенка!

— Мила?! Что с ней?! — Бабушка вскрикнула.

И тут же хлопнула дверь. Краем глаза заметил, как в холл вбежала раскрасневшаяся Мила, а следом и настороженная мать.

— Я в порядке, леди Амадея, — заверила моя жена напряженно вполголоса.

— Ты его задушишь! — констатировала мама, выступив из коридора и впившись взглядом в Альберта, скрестив руки на груди. — И тогда городская стража вместо виновного в покушении на миссис Рейверс будет вынуждена арестовать тебя, как виновного в убийстве этого… у меня слов не хватает, чтобы его обозвать в рамках приличия. Не хочу ругаться при ребенке! Мила, с тобой все хорошо?!

— Все в полном порядке! — отозвалась Тамила.

Ослабил заклинание. Альберт резко, судорожно, словно вынырнув из воды, хватал воздух ртом, хрипя и кашляя. На его лбу выступила испарина, которую он тут же смахнул ладонью.

— Можно подумать… — прохрипел он. — Я спас бы тебя от проклятия Реверсов. Можно сказать, сделал бы тебе неоценимую услугу. И вообще, во всем виновна бабуля. Не стоит играть с чувством человеческой жадности. Жадность всегда побеждает. Ведь даже ты притащил в дом эту трактирщицу только для наследства…

И вновь он задохнулся от собственных желчных обвинений. А мне жутко захотелось врезать ему по физиономии, но рука супруги легла на плечо, привлекая внимание.

— Эрик… Не нужно, — прошептала она.

Я обернулся, разрывая заклинание. Притянул Милу к себе, вдыхая запах ее волос, чувствуя ее тепло и повторял про себя, как мантру: “С ней все в порядке. Она в безопасности. Ребенок не пострадал!”. Но помогало так себе."

"И в этот же момент раздался стук подкованных сапог стражей, выкрики, голос матери, короткие четкие указания бабули… А я стоял, прижав жену к груди и благодаря всех богов на свете, что оставили мне те мгновения, за которые удалось предотвратить самое ужасное, что вообще могло сейчас случиться.

— Спасибо за заботу, — прошептала она, уткнувшись лбом мне в плечо.

Но вместо ответа я осторожно взял в ладони ее лицо, посмотрел в глаза — полные непонимания и еще не отпускающего страха. Нет, это я должен благодарить ее, ведь я бы так и не узнал, что такое настоящая любовь.