Будь хорошей девочкой (СИ)

— Угадал? — Никита заметил улыбку на моем лице, и я кивнула, стряхивая с плеч куртку, которую он тут же услужливо забрал из моих рук.

— Добрый вечер. — Девушка-администратор приветливо нам улыбнулась, и пригласила следовать за ней. Никита уже привычным жестом, подцепил мою кисть, и по телу снова разлилось тепло, когда ощутила жесткость его ладони.

Он повел меня по длинному коридору в сторону зала, и я не смогла сдержаться и аккуратно провела по тыльной стороне его ладони пальцем. Рука, сжимавшая мою кисть, напряглась, а потом Никита сделал глубокий вдох и перехватил мою ладонь удобнее, переплетая наши пальцы. Заметила, как он прикрыл глаза, когда я повторила движение, невесомо поглаживая его кожу, и чуть сильнее стиснул мою руку.

Мы подошли к столу, который находился в относительной отдаленности от остальных, и наша провожатая дождавшись, пока мы займем места, передала нам в руки меню и вежливо оповестила, что вернется через несколько минут, чтобы принять заказ.

После её ухода воцарилась тишина, и я опустила взгляд на папку с меню, понимая, что совершенно расхотела есть.

Голод другого рода постепенно затягивал в свои сети, и я поерзала на стуле, кладя ногу на ногу.

— Не знала об этом месте. — Постаралась хоть как-то отвлечься, но магнетизм сидящего напротив мужчины мешал мыслить трезво.

— Оно открылось недавно. — Заметив, как я облизала губы, Никита резко опустил взгляд в меню и нахмурился, изучая строчки. — Что предпочитаешь на ужин?

Моё молчание заставило его поднять взгляд, и когда я невзначай перекинула волосы на одно плечо, оголяя шею, его кадык дернулся.

Да, ты все правильно понял.

Отложила меню, откидываясь на спинку дивана, и Никита, поняв, что у меня на уме, сделал то же самое.

— Марина. — Прозвучало обреченно, и я чуть не рассмеялась, заметив как он прикрыла глаза, морщась словно от боли. — Зачем ты это делаешь?

Голос звучал так, словно я воткнула в его рану нож и дважды провернула.

— Что делаю? — Повела плечом, и ворот черной шифоновой блузки соскользнул, оголяя ажурную бретельку. Взгляд карих глаз мотнулся к полоске кожи, и Никита облизал губы.

— Это. — Тьма в его взгляде сгущалась, постепенно заполняя и мой разум, и я не сразу сообразила, что он вновь заговорил. — Ты, кажется, собиралась стать хорошей девочкой, — медленно огляделся, убеждаясь, что в радиусе четырех метров никого нет, и вновь впился взглядом в мое лицо, — а ведешь себя, как плохая…

— Надо же. — Поддела ворот и вернула его на место, делая глубокий вдох. Грудь приподнялась, и Никита перевел взгляд на очертания кружев под тонкой тканью. — Извини, не хотела смущать…

Ни капли не раскаивалась, и это было прекрасно слышно по голосу.

Никита ухмыльнулся, наклоняя голову вправо, и облокотился на стол, придвигаясь ближе.