Абандон. Брошенный город

Мы с Шари, трое наших ребятишек, да сотня малышни носится… Вот чего мне хотелось бы.

– А Шари знает, что ты здесь делаешь?

– Мы с Шари, друг, всегда заодно. Ну а ты как? Уже придумал, на что свою долю потратишь?

Джеррод отбросил сигарету и застонал.

– Ну-ну, друг, не молчи – говори! – подбодрил его подельник. – Отгоняй боль. Ты и похуже кое-что видел.

– Нет, вообще-то так хреново еще не было. – Спайсер закрыл глаза и сунул руки под мышки, его сильно трясло. – Мне даже восемь миллионов не нужны.

– Остался бы в Колорадо?

– Нет, рванул бы на Аляску. Последний фронтир, да? Нашел бы местечко в какой-нибудь глуши. Такое, чтоб даже дороги не было.

– Где-нибудь в Чигмитских горах или на Алеутском хребте, – продолжил Джеррод, не обращая внимания на насмешку Айзеи. – Поставил бы дом на большом озере. Всегда хотел получить лицензию пилота. Купил бы гидросамолет и вылезал бы оттуда только за припасами. Жил бы себе, рыбу ловил да охотился. Забыл все то дерьмо…

– И никто бы меня больше не увидел. – Спайсер скрипнул зубами. – Черт, как холодно!

– Думаешь, Стю, получив свою долю, смог бы собраться?

– Думаю, он, скорее, упился бы до смерти, разве что бухло было бы получше… Черт, легче не становится, только хуже!

Айзея отшвырнул сигарету, поднялся и глянул вниз, в бездонную тьму, где кружил снег.

– Что там? – спросил Джеррод.

– Крутой обрыв. А далеко ли дно, сказать трудно – не видать.

– Да уж, положеньице…

– Ты сам-то не сильно побился? Ничего не болит?

– Только голова. Да самолюбие прищемил.

– Придумал, как вытащить меня отсюда?

Айзея сел, положил руку приятелю на плечо и покачал головой.

– Боялся, что ты так и скажешь.

– Просто не представляю, как нам из этого выпутаться.

– Извини. Я сам облажался с этим прыжком. – Джеррод вытер глаза.

– Тебе извиняться не за что. – Голос у Айзеи дрогнул. – Всякое бывает.

– Послушай, – посмотрел на него Джеррод. – Раз уж так получилось, то сидеть здесь в одиночку да ждать, пока не замерзну до смерти, я не могу. Не с этой болью. Понимаешь, к чему веду?

– Другого выхода нет? Уверен?

– Я его не вижу. – Айзея стиснул зубы и опустил голову; к глазам у него подступили слезы.

– Я тоже. Давай тогда закончим с этим дерьмом, а? – предложил Спайсер.

Его напарник достал пистолет и передернул затвор. Слезы застилали ему глаза. Он подождал, пока в глазах прояснится, – здесь все нужно было сделать чисто.

– Помолиться хочешь или что-то еще?

– Даже не знаю, что, на хрен, сказать. В жизни не молился. Бог, если Он там есть, не дурак, так что не хотелось бы никого обижать, тем более сейчас.

– Хочешь, чтобы я о чем-нибудь позаботился, когда выберусь отсюда? Может, повидать кого надо, известить, передать что-то или…

– Ну, я не знаю. Может, твоих родителей. – Айзея улыбнулся. – Твой гарем шлюх.