Брошенка

— Да, да… Конечно, — Нефёдов резво засобирался, а мне стало неловко.

Набросилась на человека, как сумасшедшая. В конце концов, Варламов не младенец, сам в состоянии за себя решить.

— Извините…

— Ну что вы… Это вы меня извините, — скромно потупившись, буквально выбежал из палаты.

— Соскучился по вам. Как же я соскучился, — Варламов принялся тискать детей, а я невольно залюбовалась этой картиной.

— Слав… Я оставлю их у тебя? Скоро твоя мама тоже придёт, побудете с ними…

Слава поднял на меня взгляд, улыбка его исчезла, а взгляд нехорошим стал. Я даже узнала этот взгляд и не поверила своим глазам. ТАК Варламов смотрит лишь когда ревнует. Как давно это было, а помню, как сейчас.

— А ты куда собралась?

— Мне с Юлькой встретиться надо, она звонила сегодня, там какие-то проблемы у неё, — и замолчала, осознав, что оправдываюсь сейчас перед ним, как раньше.

Словно мы всё ещё счастливые супруги. Дура.

— Ребят, принесите-ка папке чай из автомата.

Дети молча взяли у меня деньги и побежали в коридор, а я напряглась, предчувствуя неприятный разговор.

— Куда собралась? К нему?! — рявкнул так, что, казалось, задрожали стены.

— Я всего-лишь встречусь с подругой, что в этом такого?

Варламов подался вперёд, ухватившись за поручень кушетки, а у меня сердце защемило. Как больно видеть его таким. Сильным, несломленным, всё ещё борющимся, но… Без возможности вести прежний образ жизни.

— Ты не пойдёшь никуда! Тем более, на встречу с этой шалавой!

— Варламов, ты с ума сошёл? — бросилась к нему, понимая, что этот дурак, сейчас просто свалится на пол."

"Он схватил меня за руку и с силой дёрнул на себя, так, что не удержалась и упала ему на грудь.

— Я всё ещё твой муж. Я всё ещё глава семьи!

— Какой семьи, Слава? Той, которую ты бросил?!

— И ты будешь меня слушаться! — продолжал, словно не слышал меня. Хотя… когда он слышал-то? — Больше никуда без моего ведома! Я распоряжусь, чтобы охранники за этим проследили!

— Ты не смеешь, Варламов. Не после того, как… — закончить свою мысль не смогла, он набросился на мои губы жадным, голодным поцелуем.

И в тот же миг я потеряла бдительность и разум, растворившись в этом поцелуе, о котором теперь могла лишь вспоминать и рвать этими воспоминаниями свою обугленную душу на кровавые ошмётки.

глава 21

Нина

— Прости… Но я должна идти, — с силой выдернула свою руку из его, пытаясь отдышаться. — Я хочу встретиться со своей единственной подругой и я встречусь. А ты, Слав… Я очень тебя люблю, знаешь? И, наверное, буду любить всегда. Но ты больше не можешь мне приказывать, что делать, куда ходить и с кем встречаться. Дети пусть пока побудут здесь.

Варламов подался вперёд, чтобы возразить, но в этот момент ворвалась Валерия Николаевна.