Русские своих не бросают

Он состоится в Казанском соборе. Вот ваше приглашение, – и его императорское величество подал мне такой же конверт, какой я уже видел у молодого фон Вертера.

– Сочту за честь, ваше величество, – улыбнулся я, поклонился и поспешил покинуть царский дворец.

Снова, как это было несколько дней назад, и примерно в том же составе, я провожу совещание, в котором участвуют командиры кораблей из XXI века и старшие офицеры ФСБ, ГРУ и морской пехоты. И если тогда речь шла о том, чтобы решить, что нам надо сделать для разгрома англо-французской эскадры, то сейчас, когда Балтика полностью очищена от вражеского флота, нам предстоит прикинуть, как нам жить дальше. Кое-какие мысли у меня на этот счет уже есть, но я хочу выслушать подчиненных, чтобы потом, когда выскажутся все, принять окончательное решение.

– Товарищи офицеры, – этими привычными и дорогими для всех нас словами я начал совещание, – мы сделали огромное дело – флот интервентов и их экспедиционный корпус полностью уничтожен. При этом русский императорский флот и гарнизон Бомарзунда понес минимальные потери. Чисто военное поражение Англии и Франции может перерасти и в поражение дипломатическое. Как я слышал от императора Николая I, позиция Пруссии, которая до разгрома союзного флота была нейтрально-недоброжелательной, изменилась, и теперь ее можно охарактеризовать как нейтрально-дружескую. По оценке наших аналитиков… – тут я взглянул на подполковника Березина, – …должна измениться и позиция Австрии. Ожидаемы перемены и в ее руководстве – весьма вероятна отставка канцлера фон Буоля и приход нового человека, который не будет с такой русофобской яростью работать против России. Все это, возможно, заставит Англию и Францию поторопиться с заключением мира, оставив Турцию один на один с Российской империей. А это – смертный приговор для Стамбула.

– Дмитрий Николаевич, – произнес внимательно слушавший меня командир «Смольного» капитан 1-го ранга Степаненко, – значит ли это, что не будет никакой высадки англо-французского десанта в Крыму и героической обороны Севастополя?

– Не знаю, Олег Дмитриевич, не знаю. – Я тяжело вздохнул. – Очень хотелось, чтобы вы оказались правы. Но боюсь, что британцы и французы решатся попытать счастья и высадиться в Крыму. Ну, а как там будут развиваться события – один Господь знает…

– Думаю, что вы правы, Дмитрий Николаевич, – согласился со мной подполковник ГРУ Андрей Березин. – Уж больно азартный игрок император Луи-Наполеон. Да и британцы не привыкли забывать полученные ими пощечины. Так что после окончания боевых действий на Балтике должны начаться боевые действия на Черном море.

– Все это так. Только мне хотелось бы, чтобы все здесь присутствующие приняли концептуальное решение, – продолжил я.