Русские своих не бросают

Но это утверждение не соответствует действительности. Просто у нас другие критерии и другая мотивация, чем у мужчин.

И программа моя состоит из двух частей. Программа-минимум проста: так не достанься же ты никому! И как мне показалось после первого визита, мне она вполне по силам. Но нужно ковать железо, пока горячо.

Так что сегодня с утра, убедившись, что «Бойкий» ушел, а вместе с ним и этот американский подонок, я сложила пару модных журналов в свою репортерскую сумку от Луи Вюиттона и попросила доставить меня на «Королев». Если бы меня спросили, зачем, я бы сказала правду, или почти правду: хочу закончить сюжет про потопление яхты и про Мейбел. Впрочем, вопросов никаких мне не задали – на «Смольном» знали, что я работаю на Юру. И через несколько минут я уже поднималась по трапу «Королева».

Иду я танцующей походкой к кубрикам в медицинской части, и тут какой-то тип преграждает мне дорогу и говорит, мол, пациентка не хочет никого видеть. Я попробовала было применить весь свой шарм, видела, что мальчику весьма понравилось мое декольте, но пускать он меня все равно отказался. Облом…

Но не успела я подойти к шлюпкам, чтобы вернуться на опостылевший «Смольный», как вдруг ко мне подходит какой-то лейтенант и говорит:

– Извините, вы Елизавета Бирюкова?

– Да, – отвечаю я с очаровательной улыбкой.

– Вас вызывают с «Бойкого», – и он протянул мне что-то похожее на старомодную телефонную трубку от беспроводного телефона. Совок, подумала я, мобильники давно уже в полсантиметра толщиной, а у этих все как во время оно. Откуда ж мне было знать, что это рация.

– Лиз, это я, Валя, – услышал я голос Вали Иванова. – Мне сказали, что ты на «Королеве».

– Привет, Валя, – ответила я. С Валей у меня была пара-другая постельных эпизодов, обычно когда он вдалеке от своей благоверной. Видела я ее время от времени. В чем, в чем, а в красоте обвинить ее было сложно. Неудивительно, что он иногда искал приключений на стороне. И в последнее время он все чаще подгребал ко мне – его похождения с двумя другими дамами – закончились фингалами сначала под одним, потом под другим глазом. Дело в том, что его Дашенька после рождения двух дочурок превратилась из субтильного создания на свадебных фото в «довольно почтенную даму», по словам Гоголя. Я же свято хранила тайну наших с ним дел – у меня не было резона убивать курицу, которая несет золотые яйца, ведь после каждого нашего свидания у меня появлялся флакончик с дорогими духами – я предпочитаю «Шанель номер пять», – а то и побрякушки из золота или даже с интересными камушками… И его Даша меня ни в чем не подозревает, тем более, что уж греха таить, именно я ненавязчиво открыла ей глаза на обеих соперниц, о чем в свою очередь не подозревает Валя.

– Да, Валюша, – ответила я.