Русские своих не бросают

– Русской батареи, лорд Кларендон? – спросила королева, с ужасом слушающая рассказ о гибели кораблей ее флота.

– Нет, ваше величество, – развел руками Кларендон, – лорд Керр пишет, что это могли быть только французы. Как бы то ни было, на своей яхте лорд Керр ушел оттуда как можно быстрее, и он не знает, что там произошло дальше. Примерно тогда же из нашего – посольства в Швеции был послан почтовый голубь из Стокгольма в Копенгаген.

– Вижу, – насмешливо произнесла Виктория, – что голубиная почта у нас гораздо лучше справляется со своими обязанностями, чем наши адмиралы, командующие британской эскадрой на Балтике. Лорд Джеймс, вы пообещали мне, что там будут одержаны первые победы в этой войне. А вместо этого – разгром доброй половины нашей эскадры.

А ваши люди, лорд Кларендон, не сумели получить сведений о русских железных кораблях, обладающих огромным превосходством над нашими доблестными кораблями. Милорд, нас никак не радуют подобные неудачи вашего ведомства. Милорд Кларендон и сэр Джеймс, если вы не можете справиться с вашими обязанностями, то не лучше ли вам сменить сферу деятельности? Лорд Кларендон, как вам нравится должность почтового министра?

– Ваше величество, – произнес побледневший Кларендон, – я немедленно узнаю, что именно произошло под этим проклятым Бомарзундом. И в самое ближайшее время представлю вашему величеству рекомендации по усовершенствованию моего ведомства. Полагаю, что и сэр Джеймс сможет начать действовать, получив эту информацию.

– Хорошо, джентльмены, – досадливо махнула рукой королева. – Не смею больше вас задерживать, идите и действуйте. Я очень надеюсь, что на этом плохие новости прекратятся. Да, и еще. Милорд Кларендон, не могли бы вы сообщить моему брату императору Наполеону, – слово «император» было произнесено Викторией так, что его можно было бы понять и как «сукин сын», – про гибель нашей объединенной эскадры? Особенно подчеркните тот момент, что все, что французы смогли сделать на первом этапе битвы за Балтику, это уничтожить одну из наших яхт.

Фердинанд фон Вестфален низко поклонился королю, а потом, с трудом сдерживая стон – все же ему уже пятьдесят пять, уже не мальчик – распрямился и произнес:

– Ваше величество, простите, что я пришел к вам без приглашения, но дело, которое заставило меня это сделать, весьма срочное и важное.

– Я слушаю вас, эксцелленц, – король Фридрих знал абсолютно точно, что Фердинанд фон Вестфален никогда не позволил бы себе таких вольностей, не будь на то действительно веской причины.

– Ваше величество, я пришел не один, а с министром-президентом фон Мантейфелем.

– Пусть войдет, – Фридрих не скрывал своего – изумления.