Бронзовый ключ

 – Я хочу сказать, почему никто не остановил Константина, прежде чем он убил своего брата? Или его просто так захватила вся эта магия?

Джерико Мэдден. У Колла закружилась голова. Несмотря на то что речь шла о далеком прошлом, этот разговор казался ему ближе, чем когда-либо. В последнее время Колла мучило ощущение, что та история вот-вот лишит его нормальной жизни, точно так же как мастер Джозеф хотел лишить его душу тела.

Взгляд Алмы затуманился.

– Признаться, я оглядываюсь назад, вспоминаю тот день и не понимаю, что произошло. Я прокручивала в голове те события вновь и вновь и не могу не прийти к выводу, что Джерико погиб, потому что этого хотел Джозеф.

Это привлекло внимание Колла.

– Что?

– Константин был юн. У него были другие интересы, кроме изучения магии хаоса, или, если точнее, он считал, что у него вся жизнь впереди, чтобы ее изучать. И, разумеется, его мастером был Руфус, не Джозеф. Мне кажется, Джозеф хотел, чтобы Константин зациклился на хаосе.

Как бы Колл ни был шокирован, он все же спросил:

– Мастер Джозеф обрек Джерико на смерть, чтобы Константин посвятил себя идее возвращать мертвых к жизни с помощью магии хаоса?

Алма кивнула.

– И чтобы он возненавидел Магистериум, ведь Константин винил школу в смерти Джерико. Конечно, едва ли Джозеф знал, что создает монстра. Думаю, он просто хотел преданности. Хотел стать тем, кто совершает открытия, оставить свое имя в истории.

Колл вспомнил мастера Джозефа в гробнице Константина, его кривую ухмылку и безумный огонь в глазах. Колл сомневался, что мастер Джозеф не знал, кого он создает, что он не желал заполучить в свои руки монстра.

– Люди помнят Врага Смерти, – сказала Алма. – Но они забыли того, кто его таким сделал. Константин мог быть злом, но еще он был жертвой. Он хотел вернуть брата. Мастер Джозеф же, в свою очередь, желал лишь власти. Одной только власти. И эти двое стали самыми опасными людьми во всем мире.

Глава 12

– Как я выгляжу? – спросил Колл. – Раскаявшимся?"

"Он стоял перед дверью Анастасии Тарквин в коридоре, куда выходили двери личных комнат мастеров. Колл, Аарон и Тамара решили, что, прежде чем идти на поклон к члену Ассамблеи, следует привести себя в порядок, учитывая то чудовищное давление, что она оказывала на окружающих своим подчеркнуто культурным, высокомерным отношением. Колл подумал, что она воспримет их извинения более серьезно, если они приоденутся, поэтому они с Аароном надели пиджаки от костюмов для церемонии награждения, а Тамара была в черном сарафане.

Хэвок с ними не пошел. Волку, как заметил Колл, было не за что извиняться.

Тамара шумно выдохнула, из-за чего ее челка взметнулась надо лбом.

– Ты выглядишь прекрасно, – сказала она. – Отвечаю тебе уже в сотый раз.