Бронзовый ключ

 – Проблема в этом? Может, ты вовсе не так хорошо знаешь Магистериум.

Красные глаза Уоррена провернулись в глазницах.

– Я знаю, – сказал он. – Я знаю все. Но это опасно, маленькие ученики магов. Опасная затея. Я могу провести вас, но вам придется обхитрить стражника.

– Стражника? – с ужасом в голосе повторила Тамара.

Коллу тоже хотелось немного конкретики, но Уоррен, решив, видимо, что его часть разговора подошла к концу, перепрыгнул на блестящую стену из слюды и побежал вверх, на полпути свернув к выходу в следующую пещеру.

– За ящером! – объявил Колл, сорвавшись с места.

Тамара застонала, но последовала за ним.

Колл забыл, что, беря Уоррена в проводники по туннелям Магистериума, он обрекал друзей на отчаянное и подчас жуткое приключение, включающее в себя посещение таких мест, где, скорее всего, до них не ступал ни один другой маг. Ящер вел их через естественным образом сформировавшиеся обрывы и мимо озер, полных, судя по внешнему виду, кипящей грязи. Заводил и выводил из пещер, где они едва не задыхались от запаха серы и были вынуждены идти пригибаясь, чтобы не оцарапать головы об острые кончики сталактитов.

Колл не знал, как далеко они успели зайти, когда его нога по-настоящему разболелась – той особенной горячей болью в мышцах, что со временем только усиливалась. Он корил себя за эту глупую идею и уверенность, что будет способен на столь долгий путь. Но попросить Уоррена остановиться он не мог – ящер был слишком далеко впереди, перепрыгивал с одного выступа на другой, при этом кристаллы на его спине ярко полыхали.

А если Тамара и Аарон остановятся, чтобы его подождать, они потеряют Уоррена из виду и останутся одни посреди незнакомых пещер. Однажды такое с ними уже было.

В качестве эксперимента Колл попробовал слегка оттолкнуться от земли с помощью магии воздуха. Он вспомнил, как Аластер поднял его и провел вверх по длинной лестнице Коллегиума. Вспомнил, как сам спускался подобным образом. Все, что ему нужно было сделать, это сконцентрироваться и оттолкнуться.

Колл воспарил – так быстро, что ему пришлось прикусить щеку, чтобы не заорать, – но через мгновение ему удалось себя стабилизировать. Он летел почти над самым полом, и больше ничто не тревожило его ногу. Его охватил восторг.

Одной лишь силой мысли он вел себя вперед и больше не спотыкался, как Аарон или Тамара. Он скользил над землей так легко, будто для него это был совершенно естественный способ передвижения. Туннели, по которым они шли, заворачивали все глубже в недра горы, их стены сглаживались, а земля под ногами засверкала, точно отполированная. Было похоже, будто они спускались по музейному коридору.