Бронебойный диалог

Дороги не знал, объясняла, а когда спросила, сколько денег за проезд, он, придурок, ответил, что хочет получить натурой.

– И чего, дала? – усмехнулся Гумар.

– Ага! Прямо в сопелку.

– Теперь он тебя надолго запомнит.

– Да плевать мне. Не хотел по-хорошему, получил в морду и остался без бабок.

– Таксист видел, куда ты пошла?

– Не знаю. У дороги кусты, я туда, а он почти сразу развернулся и поехал обратно.

– Не получив бабла?

– Получив в рожу.

– Странно, что это за мужик такой? Баба бьет его по роже, да еще не платит, а он уезжает, – проговорил Гумар.

– Ты бы, конечно, догнал, отымел, избил и все, что было, забрал бы, да?

– Само собой, если вообще не прибил бы. Мужчина не должен прощать женщине даже попыток неповиновения.

– Это ты у себя на родине своих баб будешь воспитывать, а здесь Москва.

– Ладно. Не хрена мокнуть, пошли к тачке.

– А где она?

– Дальше, почти у карьера.

– Так туда и дороги нет.

– Нам было не до того, чтобы подбирать удобное место, – сказал Талаев.

– Я чулки и накидку порву.

– Новые купишь. Пошли.

Троица вышла к западной окраине небольшого, но густого леса.

– Ну, и где ваша тачка? – спросила Мара.

– А вот, слева стоит.

Она повернулась, и тут Сапеев выхватил нож. Одной рукой схватил проститутку за волосы, рванув голову вверх, другой, вооруженной острым как бритва ножом, полоснул по горлу несчастной женщины. Мара так и не успела ничего понять. Захрипев, она повалилась в траву и забилась в судорогах.

– Вот так, Довлет, чик, и нет Мары.

– Зато крови целая лужа.

– Э-э, кровь ерунда, дождь смоет, солнце высушит. Кто здесь чего заметит? А заметит, и шайтан с ним. Давай мешок и пакуй сучку, а я карьер посмотрю.

– Одного мешка не хватит.

– Два возьми.

– А балласт?

– Песка насыплем, его у воды должно быть до черта.

Гумар внимательно осмотрел берега искусственного водоема. Никого не увидел, хоть и прощупывал через бинокль чуть ли не каждый квадратный метр. Вскоре тело Мары, упакованное в два мешка из-под картофеля с песком в ногах и перевязанное плотной веревкой, пошло на дно глубокого карьера.

– Порядок, – проговорил Гумар.

– Может, все-таки уберем кровь? – предложил Талаев.

– Как? Траву вырвем? Или с каждой травинки стирать будем? Ничего, и так сойдет. Тем более дождь опять начал усиливаться. К утру от крови и следа не останется. Как и от машины. И вообще, надоел ты мне, Довлет, валим на хату, жрать хочу.

– Герману звонить не будешь?

– Черт! – воскликнул Гумар.

– Чего?

– Так телефон у Мары не взяли. Герман недоволен будет. И где он, мы не знаем. Может, Мара выбросила его?

– Надоел я тебе? – усмехнулся Талаев, доставая из кармана сотовый телефон. – И что бы ты без меня делал?

– Мары?

– Ну, не мой же.

– Все, хорош. Едем на хату, по пути покупаем вискаря, закуски, сигарет.