Бронебойный диалог

– Настроение?

– Боевое.

– Отлично. Где Шахри, Пахом?

– Бакир внизу в ущелье, Пахом на противоположной стороне, контролирует подход от Чидара.

– Отзывай Пахома и прыгай в кузов.

– Командир, Пегас приказал встретить вас, на час остаться здесь, посмотреть, что к чему. Конечно, если ты приказываешь…

– Выполняйте приказ Пегаса до того, как я приму командование, – старший он.

– Есть.

– За вами машину выслать?

– Зачем? Пять километров мы пешком пройдем. У завала на посту Варан. Он обозначит себя.

– Хорошо. Как чувствовала себя Наима по возвращении на базу?"

"– Ты знаешь, гораздо легче, чем я ожидал. Никакой истерики, слез и прочих бабьих дел. Вот только на квартиру возвращаться не хочет.

– Это пройдет. Доставим в Москву ее родственников, успокоится. Ну, а при необходимости поживете на базе или у меня на даче под охраной. С этим, Грач, разберемся. Разобраться бы с сукой Джемалом. Но, – Седов похлопал боевого товарища по плечу, – и с ним разберемся, ведь так, Андрюха?

– Конечно, командир! – улыбнулся Грачев.

– Ну давай, смотри тут за дорогой, мы поехали.

Седов сел в машину и приказал Редзаю:

– В Тарбай!

– А что, встречавших не берем с собой?

– Нет. Они сами доберутся до базы.

– Хоп! Как скажете.

В 4.20, пройдя завал и поприветствовав обозначившего себя прапорщика Романова, «Ниссан» остановился у развалин кишлака Тарбай.

Справа буквально из-под земли появились майор Коновалов и прапорщик Лисенко. Бойцы штурмовой группы покинули пикап, который Редзай подвел к кустам северного склона, поприветствовали друзей. Лисенко повел прибывших бойцов в оборудованный для отдыха подвал бывшего дома, где когда-то содержались высокопоставленные заложники, освобожденные отрядом «Z». Седой, Лерой и Коновалов спустились в соседний подвал, где заместитель командира спецподразделения организовал командный пункт. Французский капитан тут же начал разворачивать аппаратуру на складном столе. Седов присел на второй складной стол, Коновалов – на самодельную лавку.

На столе лежала карта района и несколько схем. Помещение освещалось лампой-прожектором, непрерывность работы аккумуляторов которой составляла семьдесят два часа.

– Ну, и что ты тут узнал, Юра? – спросил Седой.

– Только то, что в Чидаре появлялись посторонние люди со стороны Хайрана. В ущелье, кроме нас, никого, я имею в виду участок от переезда до небольшого изгиба в трех километрах от Тарбая на восток. О чужих в Чидаре известно потому, что они приезжали на машинах. С верхнего южного поста селение практически не видно. Через оптику лишь купол мечети да крыши крупных домов.

– Наверху постоянный пост?

– Да. Сейчас там несет службу Вел. Он смотрит как за подходами и ущельем от Чидара, так и от Гардабада, охватывая направления на Хайран.