Под британским флагом

Благодаря шелку, щепки удаляются легче и не остаются мелкие частички в ранах. Я, кстати, тоже прикупил шелкового белья.

Пока подсчитывали призовые, можно было бы смотаться еще раз на охоту, но я не спешил. Служба должна быть в радость, а на берегу было с кем эту радость поиметь. Экипаж люггера знал о моей связи с женой интенданта и помалкивал. Они ведь тоже проводили время в порту довольно таки весело, судя по интересным изменениям внешности к утру у многих. У меня складывалось впечатление, что в Гибралтаре на мой экипаж выделяется определенное количество синяков, которое по очереди носят не только матросы, но и унтер-офицеры. Даже мичман Хьюго Этоу где-то разжился синяком, причем не, как все, под левым глазом, а под правым. Наверное, на левшу нарвался. Где — помалкивал. Значит, не обошлось без женщины."

"Средиземноморский флот мы нашли на рейде корсиканского порта Сен-Флоран. Так понимаю, находясь здесь, есть шанс выманить французский флот из Тулона и наконец-то победить его. Правда, у врага не было желания проигрывать, а выигрывать не было сил, поэтому сражение откладывалось на неопределенное время. Судя по интенсивному движению малых плавсредств между берегом и кораблями, английские моряки поднимали экономику Корсики, щедро тратя деньги.

Я никогда не был на Корсике, но много раз проходил мимо острова, порой на очень близком расстоянии. Запомнился вечерний перезвон колоколов в деревнях, расположенных на склонах гор. Как-то в проливе Бонифация смотрел по телевизору местные новости. Рассказывали о русском олигархе, у которого большое поместье на острове. Олигарх оказался любителей фейерверков. На свой день рождения устроил такую иллюминацию, что с базы НАТО, которая находилась в нескольких километрах, подняли по тревоге самолеты и вертолеты, решив, что началось. Они, видимо, уверены, что третья мировая начнется с победного салюта русских и им же закончится, но второй посмотрят не все, поэтому торопились на первый.

Адмирал Уильям Хотэм принял меня, лежа на кровати. Судя по отекшему лицу, слезящимся глазам и красному, сопливому носу, у него была аллергия. Видимо, корабельный хирург считал, что у пациента простуда, поэтому адмирал парился под толстым ватным одеялом бордового цвета. На полу рядом с кроватью стоял оловянный тазик, в котором замачивалось полотенце. Слуга достал его, выкрутил и заботливо положил на лоб своему командиру.

— Почту привез? — спросил Уильям Хотэм таким тоном, будто ему каждый день привозят пачки писем, на которые надо отвечать, что чертовски раздражает.

— Так точно! — ответил я. — И еще рапорт о захвате приза с пушечными стволами, часть которых приказано передать на ваши корабли.

— Во сколько оценили приз? — первым делом поинтересовался адмирал.