Бриллиантовый холостяк. Книга 2

— Он признак, у него другие возможности».

«Насколько другие?» — выдохнула я, но вопрос был риторическим.

Следующая мысль тоже была так, замечанием по теме:

«Офигеть. Вот просто офигеть».

Глава 9

Я понятия не имела как относиться к тому, что происходит. Я не привыкла удерживать сотрудников и к чему-то принуждать.

В моей прошлой жизни было так: хочешь — работай, не хочешь — забирай трудовую и кыш из офиса. Я платила неплохие деньги, предоставляла отличные условия, и вакансии в моём отделе закрывались за несколько дней.

Да к нам очередь стояла! Орать на сотрудников мне приходилось так редко, что считай никогда.

Прямо сейчас я оказалась в странной ситуации. У меня не было денег, людям я не платила. Раз так, то и требовать что-либо вроде бессмысленно. Но! Невзирая на отсутствие жалования и нищету слуги оставались с нами. Следовательно, должны работать? Уважительное отношение к наследнице рода должно быть в порядке вещей.

Я не просто зависла — угодила в цепкие лапы внутреннего конфликта.

Пока стояла, ситуация достигла апогея, в коридоре прозвучало оглушительное «бабах».

Офелия. Пышнотелая мадам грохнулась в обморок, да так, что пол всего этажа, кажется, подпрыгнул. Лишь после этого призрак перестал носиться и хмуро обернулся на меня.

Все притихли, служанку-грымзу наконец отпустило. Припадок закончился, женщина напоминала бледную моль.

Теперь на меня смотрел не только Эрон, а вообще все — пришлось забыть про внутренние метания и взять управление в свои руки.

— Перенесите мадам в спальню, — приказала ровно.

И вот чудо — возражений не нашлось.

Офелию, ввиду веса, переносили все. Даже «грымза» с пола встала. Тужились, краснели, дважды едва не уронили, но всё-таки донесли.

Здесь ожидало новое открытие — комната опекунши значительно отличалась от моей. Пыль лежала таким же умиротворённым слоем, да и вещи разбросаны, но сама спальня была больше и выглядела значительно богаче.

Меня посетил внутренний конфликт номер два."

"Я снова не понимала как отнестись. С одной стороны хотелось возмутиться, а с другой — кто знает? Может это личные вещи, с которыми Офелия пришла в наш род после смерти моей матери. Возможно, эти бесконечные тюли-ковры-комоды не продали потому, что те являются чужим имуществом и памятью о другой семье?

Очень хотелось рубануть с плеча. Разнести всё и вся. Но я сделала подчёркнуто-глубокий вдох и решила, что прибить всегда успею.

— Нюхательные соли есть? — бросила строже, чем раньше.

— Ах, — ответила одна из женщин. Она бросилась к прикроватной тумбочке и начала искать.

Я наблюдала за процессом пару минут, а потом развернулась и отправилась осматривать другие помещения. Стало ну очень интересно. Офелия, значит, на третьем, а я на втором?

Не хочу второй. Хочу третий.