Бриллиант Фортуны

Что она должна была покинуть Ниццу и приехать в Париж, потому что ее жених, принц Кассельский, выразил желание с ней познакомиться, и они должны как бы невзначай встретиться на балу у маркиза Ларошжаклена… Она говорила, а Алексей смотрел на ее милый профиль и думал, что ради такой девушки он бы не колеблясь отдал жизнь.

Он спросил ее – правда, не напрямик – об Эльстоне, и княжна призналась, что стала переписываться с ним только от скуки, а так он никогда не был ей интересен. Но он умело льстил ей, и она не хотела быть с ним невежливой. Наконец Александра умолкла и поднялась.

– Уже поздно, – сказала она. – Опера давно кончилась. Лежите смирно, а завтра я передам вам письмо через Варвару Федотовну.

Одна мысль об этом повергла Алексея в отчаяние, ведь мало того что гнусная проныра наверняка найдет возможность прочесть письмо, она еще и изыщет способ вставить его текст в свое очередное донесение.

– Я не очень доверяю Варваре Федотовне, – сказал Алексей неловко. – Она из тех людей, которые… которые способны на все. Я бы не стал доверять ей важные письма.

Княжна, приложив пальчик к губам, с улыбкой смотрела на него.

– Уверяю вас, все будет совершенно прилично, – ответила она. – Я давно знаю, что она шпионит за мной, поэтому придумала маленький секрет, как писать то, что мне хочется, чтобы она не могла этого понять. Когда вы получите мое письмо, читайте только подчеркнутые буквы. Остальное совершенно неважно.

– Неглупо, – согласился Видок, выслушав молодого человека. – И что, сегодня вы уже получили от нее письмо?

Алексей замялся, но потом все же извлек из кармана маленький конверт и протянул ему. Письмо, написанное по-французски на надушенном листке, и впрямь казалось донельзя банальным, – если, конечно, не читать отдельно там и сям подчеркнутые буквы. Они образовывали фразу «Je vous aime»[18].

– Ну и что вы от меня хотите? – проворчал Видок, возвращая письмо Алексею. – Совета, как вам быть? Да если я его дам, то буду последней свиньей.

– Вы полагаете… – начал Алексей.

Видок вздохнул.

– Что я полагаю, совершенно неважно, – ответил он. – Дело в том, мой мальчик, – и вы, конечно же, отлично это знаете, – что бывают обстоятельства, а бывают непреодолимые обстоятельства. Быть племянницей императора Николая – это и есть непреодолимое обстоятельство, и с этим вы ничего поделать не можете.

Алексей опустил глаза.

– Так что я не советовал бы вам играть с огнем, – добавил Видок. – В конце концов, не забывайте, для чего вас направили во Францию. Один неверный шаг с вашей стороны – и кого-нибудь такого же подневольного, как вы, может, даже вашего лучшего приятеля, пошлют сюда с заданием прикончить вас. Конечно, девушка ни о чем подобном не подозревает.