Королева брильянтов

– А сколько пропало… драгоценностей?

– Немало. Приданое его жены.

Он почти не сомневался, что баронесса показала чуть больше, чем хотела: легкое движение бровей, которое выдает невольное удивление. Движение было мимолетным, но оно было.

– Вы его знаете? – спросил Пушкин.

– Если бы знала, то не стояла сейчас перед вами, – она умело владела собой, – а сбывала мои брильянты. Так по рукам?

Сделку даже с воровкой надо заключать по правилам. Пушкин встал и крепко, по-мужски, сжал ее пальцы. Баронессе было больно, она скривилась, но тут же улыбнулась.

– Даю вам сутки, – сказал он, не отпуская тонкую ладонь. – Не вздумайте делать глупости.

– Я теперь в вашей власти. – Она вырвала руку, но не стала растирать больное место. – Проводите до пролетки?

– Не желаете взглянуть на убитого?

Она проявила интерес:

– Покажите-покажите фото.

– Могу показать его тело. В морге Городского участка. Здесь близко.

Баронесса сморщилась:

– Фу! Не люблю смотреть на мертвых мужчин.

Настаивать Пушкин не стал. Вернул меховой полушубок, надеть не помог, ждал, пока она мучилась с рукавами, с застежками, потом пристраивала меховую шапочку с вуалью и, наконец, натянула кожаные тонкие перчатки, не по морозу. Они вышли на пустой Гнездниковский переулок. Только один извозчик ждал невдалеке. Пушкин свистнул и махнул ему. Пролетка подъехала. Баронесса забралась по ступенькам и уселась на промерзший диванчик.

– Когда ждать от вас вестей?

– Не позже завтрашнего утра, – ответила она, старательно улыбаясь.

– Прошу быть к девяти утра, без опозданий, – сказал он.

– Как прикажете, господин сыщик.

– Куда изволите, барыня? – спросил извозчик через ворот тулупа, в который был завернут, как в кокон.

– На Сухаревку… До завтра, Пушкин, – и она отвернулась.

Пролетка тронулась и покатила к Тверской.

Он надеялся, что она оглянется. Баронесса не оглянулась. Оставалось ждать вестей.

9Ольга Петровна дожидалась, пока приказчик отпустит покупателя. В торговле покупатель глава, ему почет и уважение. Проводив до двери клиента, который купил набор столового серебра, заложенный по цене в пять раз меньшей, Катков изящно поклонился жене хозяина.

– Чрезвычайно рады-с вашему визиту! – сказал он, быстро соображая: надо ли сплетничать о странном появлении Виктора Немировского или доложить сперва хозяину. И счел за лучшее придержать язык за зубами.

– А вот мне тебя, Павлуша, порадовать нечем, – ответила Ольга Петровна. Вид ее был печальный, под глазами темные круги, сами глаза красные и заплаканные. Каткову стало не по себе.

– Да что ж стряслось-то? – спросил он заботливо.

– У тебя теперь новый хозяин.

Приказчик подумал, что дама выражается фигурально, образно.