Бригадир

Ни по факту не могли Спартака привлечь, ни по заявлению. Так, нервы немного потрепали, на этом все и закончилось.

О дмитровских с тех пор Спартак толком ничего не слышал. Гобой узнал, что Бобрик выжил и занялся другими делами. Может, он и точил зуб на Спартака, но на репчинский рынок больше не совался. Зато в ноябре к Спартаку пожаловала бригада, назвавшаяся измайловской братвой. Гобой выяснил, что эти ребята приехали в Москву откуда-то с юга, договорились с измайловскими, что за процент будут работать под их контролем. Думали, что Спартак дрогнет, услышав, с кем ему придется иметь дело. Но нет, пара выстрелов из снайперской винтовки сбила всю спесь с южан. Мороз тогда свирепствовал, не привыкший к таким холодам их старший на разбор приехал в шапке. Костыль метким выстрелом снял ее с головы гостя. На этом, в общем-то, разговор и закончился.

С тех пор никаких наездов. Морозы ударили, не до разборок было. Да еще и слух по столице пошел, что со знаменской братвой лучше не связываться.

Сам Спартак тоже никуда не лез, новых территорий не искал. И княжевским не пришлось помогать – они со своими проблемами справились без его помощи, подмяв под себя свой собственный район. Правда, и Знаменка попала под их контроль, но Спартак и не собирался воевать за свой поселок. Вот если княжевские беспредельничать начнут, если его личные интересы затронут, тогда он, конечно, возмутится, а так ему все равно…

В феврале Спартак отпраздновал сразу два важных события. Кафе наконец-то сдали под ключ, осталось завезти мебель, оборудование – и можно будет запускать дело. Для народа здесь большой зал и летняя площадка, для братвы – отдельный, поменьше, а на втором этаже для них и вовсе раздолье: два кабинета, комната отдыха, тренажерный зал и пара гостиничных номеров для дежурной смены.

У Спартака свой кабинет, откуда он может управлять всем рынком. Теперь репчинская барахолка – его собственность. Правда, частично. Он договорился с администрацией города, рынок акционировали, и Спартак стал счастливым обладателем контрольного пакета. Правда, одновременно приобрел и целый ворох проблем. По договору с городом он обязался вложить в развитие рынка огромные деньги. Само собой, Спартак мог бы прокинуть этот договор через колено, но ему самому хочется поднять барахолку. Территории для этого хватало. Один пустырь тянул гектаров на десять, и эту площадь вполне можно было освоить – и рынок расширить, и автостоянку перед ним, чтобы москвичи сюда на личном транспорте могли добираться, и склады поставить.

И еще Юля подала отличную идею. Парковку для автобусов нужно построить, чтобы сюда челноки со всей страны за мелким оптом ездили. А если гостиницу возвести, так цены репчинской барахолке не будет.