Бригада (1-16)

И, наконец, из самого нижнего отделения, которое занимало половину всей площади тайника, Александр извлек разобранный нарезной карабин ""Сайга"" и патроны к нему.

Оружие он тщательно упаковал в большую сумку, документы и деньги рассовал по карманам куртки. И, наконец, забрал последнее – ключи от гаража. Там, на противоположной окраине города, смазанная и заправленная, его ждала белая ""пятерка"". В бардачке должны были лежать ключи и документы. Но за машиной Белов собирался съездить в следующий раз…

Степаныч подъехал к перекрестку без опоздания. Витек подозрительно оглядел сумку, которую Белов плюхнул рядом с ним на заднее сиденье, садясь в машину.

– Это что? Картошка? – спросил он.

– Угадал, – Белов широко улыбнулся и раскрыл. – Угощайся. И Степаныча можешь угостить."

"В сумке и в самом деле сверху лежали ярко-оранжевые и красные плоды – для конспирации.

– Только бы менты не замели с вашими гранатами, – пробормотал Степаныч, заметив выпиравший из сумки приклад карабина.

Им повезло, их не остановили, и они благополучно добрались до своего поселка. Своего ли? Этот вопрос и предстояло решить в ближайшее время.

XXXVIII

Асланбек понимал, что поставил перед собой невыполнимую на первый взгляд задачу. Он знал, что Шмидт не станет продавать своих акций ни в каком случае. Надавить на Ольгу, пока тот жив, также не представлялось возможным. Убийство же Шмидта он считал пока преждевременным.

Слабым звеном в ближайшем окружении Шмидта был вор Тариэл. Правда, он также категорически возражал против продажи всех акций немцам, но Асланбек считал, что за хорошие деньги вор изменит свое решение. К тому же он искренне презирал грузин и считал их трусливыми торгашами, готовыми продать все, что угодно. И кого угодно, лишь бы цена оказалась подходящей. К тому же трусы. Недаром его любимый поэт Лермонтов написал о них в одном из стихотворений: ""Бежали робкие грузины…"".

Асланбек встретился с Тариэлом в ресторане ""Казбек"". Место должно было ему понравиться. Кавказский колорит – плетеные из лозы стены, национальная кухня. Тихо звучала арабская музыка, создавая неповторимую атмосферу Востока. Это настроение поддерживал густой запах печеного мяса. Посетителей было немного.

Асланбек заказал шашлык, на закуску сациви, много зелени. Из напитков хотел было взять настоящей ""Хванчкары"", но потом подумал, что вору, даром что грузин, наверняка привычнее водка. Да и ему, Асланбеку, греха не будет. Аллах вино пить запретил, а про водку в Коране ничего не сказано.

Точность – вежливость королей и воров. Тариэл пришел минута в минуту. Начали с приветствий, потом перешли к общему разговору ни о чем. Тем временем выпили, закусили, выпили еще. Наконец Асланбек решил, что настало время поговорить о делах.

– Батоно Тариэл, – начал он.