Бригада (1-16)

Теперь Змий сам выводит мужика на поводке, отпаивает из бутылки, души в нем не чает, а мужик стал такой зеленый-зеленый…

Белов от души расхохотался, но Федя его не поддержал, а стал распространяться на тему разумного употребления алкоголя и его пользы для половозрелых организмов и человечества в целом. Он сыпал именами и медицинскими терминами, как заправский лектор общества ""Знание"". Чувствовалось, что темой он владеет и закончит нескоро.

– Ну тебя, ты меня достал уже, философ хренов, – Витек повернулся к Белову и стал объяснять ему: – Этот Гегель как в кондицию войдет, так с ним вообще говорить невозможно. Дурной становится, что профессор какой-нибудь. Так что я похромал. А вы оставайтесь. Тебе, Серый, поначалу может даже интересно будет, а мне эта муть уже поперек горла, – он встал и направился в сторону бытовок.

Федя обиженно посмотрел ему вслед, потом слил остатки водки в стакан. Получилось чуть меньше половины.

– Не возражаете, если я допью? – с надеждой в голосе спросил он.

– Пей, для хорошего человека отравы не жалко, – согласился Белов.

Федя с нескрываемым сожалением допил остатки водки и мечтательно прищурился, глядя на синее небо в просвете между облаками.

– Витек на самом деле вовсе не злой, – пояснил он. – Просто ему не повезло в жизни…

История Витька в изложении Феди оказалась на редкость невеселой. Тот, как и Доктор Ватсон, угодил под каток новейшей российской истории. Солдатом-срочником попал в Чечню, участвовал в новогоднем штурме Грозного, горел в танке на площади Минутка, чудом остался жив. Потом его колонна попала в засаду в Аргунском ущелье, в урочище Ярыш-Марды, и была полностью уничтожена. Витек оказался в плену. Сидел в зиндане по уши в собственном дерьме, пас овец в горах. Бежал. Его поймали и, чтобы отбить охоту к побегам, отрубили пальцы на ноге. Кстати, этим же методом в Америке рабовладельцы лечили от излишнего свободолюбия беглых негров. Такие вот параллели…

Когда Витек уже отчаялся выбраться когда-нибудь из проклятых гор, его вдруг неожиданно погрузили в машину, привезли в какой-то аул и сдали с рук на руки федералам. Оказалось, его выкупили. Благодарить он должен был за это представителя президента на Кавказе Зорина.

Об этом ему напомнили спустя полгода после возвращения домой. К Витьку домой заявились крепкие пацаны с бритыми затылками и объяснили, что у благодетеля финансовые проблемы, поэтому деньги за выкуп было бы неплохо вернуть. В результате квартира ""должника"" оказалась проданной, деньги вернулись в карман Зорина, а Витек оказался на свалке…

Белов слушал рассказ Феди, сравнивал его с историей доктора Ватсона, со своей собственной историей. До сих пор он был твердо убежден, что каждый человек – сам творец своей судьбы. Теперь он начинал думать иначе.