Бригада (1-16)

Он миновал заколоченный Дом культуры, здание городской милиции, которое когда-то обходил за версту и вышел к автостанции. Здесь, по местным меркам, было многолюдно. Работало несколько ларьков, стояли бабульки с овощами, семечками и прочей ерундой, возле обшарпанной пивнушки кучковались местные алкаши.

Белов пересек площадь, направляясь к гостинице, и вдруг услыхал хриплый окрик

- Твою мать! Белый!

Саша обернулся - к нему от пивнухи, слегка пошатываясь, шагал какой-то скрюченный мужичонка, болезненно-худой, небритый и лохматый.

- Белый, кореш! - радостно повторил алкаш, подойдя вплотную.

Сашу обдал отвратительный смрад многодневного перегара. Он слегка попятился, уклоняясь от намеревавшегося облапить его мужичка и кисло улыбнулся:

- Я-то Белый, а вот ты кто?.

Пьяница по-бабьи всплеснул руками и заорал:

- Да ты что, Белый, старых корешей не при-знаешь, ешкин дух?!

- Ешкин дух» - эта словечко-паразит всегда вертелось на языке Ферзя, одного из ближайших помощников Боцмана ...

«Не может быть! - растерянно думал Белов, вглядываясь в жалкого алкаша, радостно осклабившегося в гнилозубой улыбке. - Это-Ферзь?! - В то, что высокий красавец и балагур Ферзь, который был всего-то года на три старше Саши, превратился в этого сутулого, беззубого, с седоватой щетиной старика, поверить и в самом деле было трудно.

- Ферзь?. - наконец неуверенно произнес он.

- Точно, ешкин дух! Угадал! - восторженно выкрикнул тот и, подхватив Сашу под руку, чуть ли не волоком потащил его к пивной. - Ну пойдем, Белый, такую встречу грех не обмыть!

Ошарашенный Белов не успел и глазом моргнуть, как оказался в тесной, вонючей пивнушке.

- Давай бабки, Белый! - орал ему в ухо Ферзь. - Сейчас загудим! Давай бабки, ешкин дух!

Саша покорно достал бумажник, и на грязном столе мгновенно появились кружки с пивом, водка, ржавая селедка на бумажных тарелках ...

- Ну, со свиданьицем, Белый! - Ферзь чокнулся с Сашей и разом заглотил полстакана водки. Запив это дело пивом, он снова потянулся к бутылке.

- Притормози-ка, Ферзь, - перехватил его руку Белов. - Не гони ... Расскажи сперва, как пацаны, где сейчас Боцман ...

Ферзь сунул в рот «беломоринуь, выпустил вверх струю едкого дыма и невесело усмехнулся:

- На том свете Боцман! Помер, ешкин дух, от туберкулеза на зоне. Еще два года назад ...

- А остальные? Зяма, Бивень, Татарин, Горыныч?.

- Эх, Белый ... - повесил голову Ферзь. - Никого, ешкин дух, не осталось! Кто срок схлопотал, кто пулю, кто перо, кто вообще сгинул неизвестно где ... Один я остался, ешкин дух, один я ...

Ферзь плеснул себе еще полстакана и выпил. Саша видел, что он, как и все хронические алкоголики, стремительно, прямо на глазах, пьянел."

"- Ферзь, а что с городом стало? - спросил он. - Почему везде разруха-то такая жуткая?. - А тебе какое дело?! - закатив глаза, вдруг гневно прорычал тот.