Бригада (1-16)

«Ну, слава богу, – отлегло у него от сердца, – с такими-то как-нибудь справлюсь!»

– Чего тебе, мужик? – равнодушно спросил его один из алкашей.

Белов даже не взглянул в его сторону. Он шагнул к длинноволосому, в черной футболке парню и ледяным тоном отчеканил:

– Бакен, разговор есть. Отойдем?

– Что за дела? – вяло возмутилась компания. – Ты кто такой, вообще?

– Ша, пацаны! – прикрикнул Бакен и с комичной важностью пьяного кивнул Саше: – Говори…

– Я – Белов. Александр Белов, – Саша говорил это Бакену и только ему, не сводя с него презрительно прищуренных глаз. – Сегодня днем ты обидел мою девушку – Лену Елисееву. Я хочу поговорить с тобой один на один, как мужчина с мужчиной. Или тебе слабо?

Собутыльники снова зашумели, и опять Бакен остановил их все тем же:

– Ша, пацаны!

Он поднялся и не спеша, вразвалочку, приблизился к Белову.

– Так вот, значит, кто теперь Ленку тискает! – нагло усмехнулся он, обнажив гнилые зубы. – Ну, пойдем, козел, побазарим…

«Шваль!» – сдерживая ярость, подумал Саша.

Бакен сделал несколько шагов в сторону и вдруг резко развернулся навстречу Саше. В его выставленной вперед руке блеснуло лезвие ножа.

– А ну, козел, давай-ка позырим, какого цвета у тебя кровушка! – грозно прохрипел он в хмельном кураже.

Белов пристально взглянул на врага. Бакена слегка пошатывало, а нож в его руке и вовсе ходил ходуном. Саша поднял руки, словно сдаваясь, и сделал осторожный шаг навстречу противнику. Бакен самодовольно ухмылялся, он чувствовал полное свое превосходство.

В следующее мгновение Саша левой рукой резко отбросил в сторону выставленный кулак с ножом, а правой, всем корпусом подавшись вперед, в точности, как учил Фил, со всей мощи въехал кулаком в ненавистную рожу Бакена! Тот хрюкнул и, раскинув руки, плашмя рухнул на спину. С ним все было ясно: Бакен спекся.

Мгновенно поняв это, Белов юлой развернулся к остолбеневшим собутыльникам и грозно взревел:

– А ну, кому тут еще?

Двое, начавшие было приподниматься, тут же опустились на блоки. Стало тихо-тихо…

Белов поднял оброненный Бакеном нож, вставил лезвие в щель меж бетонных гаражных плит и всем телом навалился на рукоятку."

"– Дзынь! – с мелодичным звоном сломалась каленая сталь.

От лезвия остался куцый, не больше сантиметра длиной, кусок. Сломанный нож Саша бросил на живот неподвижного Бакена и повернулся к притихшим алкашам.

– Когда прочухается, передайте: в следующий раз убью! Запомнили? – внушительно произнес он и, не дожидаясь ответа, быстро зашагал прочь.

XII

Сразу после выпускного Космос угодил под домашний арест. Отец пожертвовал своим летним отпуском, чтобы самолично подготовить разгильдяя-сына к поступлению в Университет.