Бригада (1-16)

Однако случилось неожиданное – хозяевам появление троицы чужаков понравилось еще меньше, чем традиционный визит спортсменов. Космоса, Пчелу и Сашу вывели на улицу. Намерения окруживших их плотным кольцом дюжины мрачного вида пацанов не вызывали сомнений – друзьям предстояла жестокая экзекуция. Они встали спина к спине и приготовились драться.

И тут с порога школы раздался чей-то насмешливый голос:

– Эй, ребята, не слишком ли вас много для троих?

Все обернулись – к ним неспешно приближался тот самый спортсмен, что навесил фонарь Пчеле.

– А твое какое дело, дефективный? – с наглой ухмылкой ответил один из местных, двинувшись ему навстречу. – Или тоже в пятак захотелось?

Спортсмен не стал встревать в словесную перепалку. Вместо ответа он резко, без замаха въехал наглецу в челюсть. Тот рухнул как подкошенный. И тут же, как по команде, вспыхнула общая драка.

Местные разделились – половина их ринулась на спортсмена, другие атаковали Сашу, Пчелу и Космоса. В яростной, суматошной схватке ребята едва ли следили друг за другом, но тем не менее, видимо – инстинктивно, старались держаться вместе. Более того, троица стремилась пробиться к спортсмену, а тот, интенсивно работая кулаками, прокладывал дорогу к ним. Воссоединившись, все четверо стали организованно отступать. Нападавшие, в полной мере оценившие спортивную форму Валерки, преследовать их не отважились, так что друзья покинули поле боя, не уронив своего достоинства.

Так Валерка Филатов познакомился с теми, кто на долгие годы стал для него самыми близкими людьми в чужой, равнодушной Москве. Все свое свободное время отныне он проводил с новыми друзьями, с каждым днем все сильнее прикипая к ним сердцем – так, как это частенько бывает с мальчишками, а уж тем более – с мальчишками, лишенными родительской ласки, заботы и любви.

Вот и сегодня, сдав сочинение, Валерка, не мешкая, отправился на их коронное место – беседку на окраине парка, рядом с домом Сашки Белова. Долго ждать ему не пришлось – спустя минут двадцать появились друзья.

– Теофило! Амиго! – дурачась, заорал еще издали Пчела. – А ты-то про что писал? Кем быть? Про своего тезку Стивенсона?

– Почему? – улыбаясь, пожал плечами Фил. – Я по Чернышевскому писал…"

"– Да ладно! – не поверил Космос. – Хорош заливать!

– Правда, – кивнул спортсмен. – Мне тренер шпору сунул…

Валеркин тренер, допущенный комиссией на экзамен, действительно передал своему подопечному и еще двоим его одноклассникам шпаргалки с готовыми сочинениями. Так уж было в интернате заведено – тем, кто учился особенно плохо, не стеснялись помогать самым примитивным способом. Об этой практике прекрасно знали все: и педагоги, и проверяющие – строгие с виду тетечки из РОНО.