Бригада (1-16)

Три дня он боялся прийти домой, пил, шлялся по Москве, ночевал с бомжами… Кошмар, пережитый им в квартире приятеля, не отпускал его ни на минуту, напрочь лишая рассудка и воли. На четвертый день он все-таки решился проведать свою квартиру. Он пришел туда глубокой ночью и первое, что увидел – записку в дверном косяке. В ней был только номер телефона и две буквы вместо подписи – В.К. Остаток ночи Макс провел в тяжелых раздумьях, а утром позвонил по указанному номеру.

Каверин с ходу признал, что информацию на Гарика чеченцам передал он. Более того, мент сообщил мстительным кавказцам, что, возможно, у убийцы был сообщник и в самое ближайшее время он, капитан Каверин, должен его вычислить. Услышав это, Макс тут же необычайно явственно вспомнил то, что увидел в квартире Гарика. По коже пробежал озноб, он понял, что с ним будет проделано все то же самое. Не дослушав толком Каверина, Карельский немедленно согласился на все условия подлого опера.

С тех пор Макс регулярно снабжал Каверина информацией о делах Белова. Многого он, понятное дело, рассказать не мог, большинство его сообщений не стоили и ломаного гроша – это было ясно даже самому Максу. Но ни разу его хозяин не выказал и тени недовольства. Это казалось Карельскому странным – до тех пор, пока он не сообразил, что опер бережет его для каких-то других целей.

Потом на какое-то время Каверин пропал, их встречи прекратились, и Макс, наконец-то, вздохнул свободно. Но не так давно его злой гений объявился вновь, точнее Макса навестил человек от Каверина, и Карельский продолжил свою работу через него. Сам бывший опер на связь с ним не выходил ни разу, и вдруг…

– Что молчишь, язык проглотил?.. – сердито прикрикнул Каверин.

– Здравствуйте, Владимир Евгеньевич, – промямлил Макс.

– Ты один? Где Белый?

– Он… Он дома, с женой…

– Отлично, – хмыкнул Каверин. – Слушай меня внимательно. Сделаешь все, как скажу, – дам вольную, слово офицера…

Младшему сержанту патрульно-постовой службы Федякину не спалось. Помахивая полосатой палочкой, он прогуливался около будки, в которой кемарил его напарник. Минул уже третий час ночи, и машин на шоссе почти не было. Вдали загорелись огни фар – кому-то посреди ночи приспичило тащиться в Москву. Вглядываясь в приближающуюся машину, сержант неторопливо двинулся ей навстречу. Это был джип – огромный, незнакомой марки, чем-то похожий на знаменитый «хаммер». Федякин в нерешительности остановился.

«Ну его… – смущенно подумал он. – Пусть едет, от греха подальше. Наверняка какие-нибудь братки пьяные гуляют…»

Но джип повел себя странно. Не доехав до поста каких-то пятидесяти метров, он завилял из стороны в сторону, завизжал тормозами и замер, уткнувшись тупой мордой в склон на обочине. У Федякина засосало под ложечкой.