Бригада (1-16)

– Все равно прибавь, – мрачно буркнул Пчела. – Ты вообще быстрее ехать можешь, нет?

Обиженно засопев, водитель добавил газу. Впереди уже показались здания Шереметьевского аэропорта, когда в кармане у Пчелы запиликал мобильный телефон.

– Слушаю! Да, Аслан… – чуть раздраженно ответил он и вдруг, подскочив на месте, проревел: – Что-о-о?!

Тут же опомнившись, Пчела быстро переложил телефон в другую руку и отвернулся к окну.

– Живы? Кто?… – напряженно бросал он в трубку. – Давай, жду…

Обратившись в слух, он ждал, пока ему ответят. Водитель покосился на него и обеспокоенно спросил:

– Что там, а?

Пчела не ответил.

– Ты что молчишь? – снова спросил бородач. – Все нормально, – бросил ему Пчела и снова обратился к трубке. – Да-да, слушаю… Это точно?

Он опустил руку с мобильником и застывшим взглядом уперся в лобовое стекло. После тягостной паузы Пчела уронил голову назад, на подголовник, и с ужасом прошептал:

– Кабздец…

XXXXIV

В операционной все было готово к началу работы. Все инструменты были разложены по своим местам, укрытый простыней Фил лежал на столе, и над ним уже горели яркие огни бестеневой лампы. Ждали только Бориса Моисеевича Боркера – светило отечественной нейрохирургии заканчивал приготовление к операции в соседнем кабинете.

А в кабинете главврача Белый продолжал водить карандашом по бумаге. Ниже полосатой пчелы на листе появилась цепочка горных вершин.

– Но что бы он выиграл, если это, конечно, он? – задумчиво проговорил Саша.

Космос – тут как тут! – привалился к его плечу и горячо затараторил:

– Доля в полумиллиардном проекте! Завязки с нефтяными и лаврушниками!

– Но с нами он получил бы больше, – покачав головой, возразил Белый.

Закончив с горами, он принялся за профиль индейца с дымящейся трубкой и в головном уборе из перьев.

– Плюс банк, Саня! Плюс банк! – продолжал наседать на него Космос. – Если нас нет – он полный хозяин! Делает, что хочет, работает с кем хочет – с Гансами, шмансами… И вообще, что тут рисовать?! Ты что, Репин? Ты не хуже меня знаешь, что ему надо на самом деле!

– То же, что и тебе, Кос, – усмехнулся Белов.

– Верно! Независимость от Саши Белого, собственное движение! – почти кричал не на шутку разошедшийся Космос. – Но! Это я был с тобой в машине, а не он!

Саша потер лоб ладонью и прикрыл глаза.

– Я все равно не могу поверить, что это Пчела, – медленно покачал головою он. – Не могу, хоть тресни!

Космос приблизил к нему лицо и медленно, раздельно, изо всех сил сдерживая клокочущую в груди ярость, проговорил:

– Белый! Он. Не сел. К нам. В машину! Он поехал на их тачке!

Саша промолчал – против этого аргумента ему нечего было возразить. Сдвинув брови, он словно в оцепенении разглядывал свои рисунки.