Бригада (1-16)

Остальным гонщикам повезло гораздо меньше. Как и предсказывал Павел, они, стараясь выгадать расстояние, сбились в кучу около священного столба. Крики слились в один, затем раздался громкий хруст деревянных саней и отчаянный вопль — кто-то сошел с дистанции.

Белову некогда было оглядываться — держась за петлю, он сел на край нарт и, подобно заправскому яхтсмену, свесился в сторону поворота. Одновременно он старался точно действовать хореем, заставляя Сэрту описывать идеально ровную дугу.

Пользуясь терминами «Формулы-1», Белов проходил поворот по внешнему радиусу, тогда как остальные — по внутреннему.

Наконец Саша увидел вдалеке цепочку людей — оленеводы собрались у финишной черты и с интересом ждали окончания гонки.

Справа от упряжки Белова бежала пара оленей красивой шоколадной масти; погонщик нещадно бил коренного быка между рогами. Еще немного и его упряжка стала вырываться вперед.

Белов закинул тело в нарты и лег: на живот.

— Оот, Сэрту, оот! — кричал он, не жалея легких, но оленя все же щадил. Хорей в его руках еле касался лба быка.

Умное животное словно почувствовало доброе отношение человека. Сэрту напрягся изо всех сил; несколькими мощными скачками он догнал соперника, и некоторое время упряжки мчались вровень, почти касаясь друг друга.

Выражаясь образно, Белов вдавил педаль газа в пол и уже не отпускал; но он даже не представлял, что нужно сделать, чтобы ускорить бег оленей.

— Оот, Сэрту! — отчаянно воскликнул Саша. — Давай, вперед!

И… случилось чудо. То ли олень хотел помочь человеку победить, то ли испугался незнакомого языка, но он стал медленно, сантиметр за сантиметром, вырываться вперед.

Шкура на его спине трещала от напряжения, казалось, еще немного и она лопнет, обнажив бьющиеся мышцы. Белов опасался, что второй бык, не выдержав бешеного темпа, заданного Сэрту, внезапно собьется с шага и, обессиленный, упадет. Однако Сэрту шел коренным, и большая часть нагрузки ложилась именно на него.

«Огонь-падай-небо» мчался, как вихрь; широкие ноздри раздувались, разбрасывая в стороны клочья белой пены, и вновь опадали.

И Белов вдруг понял, что означает кличка оленя — Сэрту. «Огонь, упавший с неба». Метеорит!

И, наверное, это было действительно так. Бык летел, и земля глухо дрожала от его бега.

Упряжка, ведомая Сэрту, обошла пару оленей шоколадной масти уже на половину корпуса. Финишная черта быстро приближалась.

Мужчины, женщины и дети, собравшиеся для чествования победителя, разбежались в разные стороны. Только высокий человек в красной кухлянке с черным воротником собачьего меха остался стоять неподвижно. В руке у него был длинный посох, через плечо перекинут тонкий кожаный поводок. У ног спокойно сидела молодая собака.

— Стой! — услышал Белов крик Павла.