Бригада (1-16)

Он бестолково заметался по комнате, повалил один из стульев у стола для совещаний, а потом его повело на Сашин компьютер, за которым тот сидел, с беспокойством поглядывая на посетителя.

— Да сядь ты, охолони! — прикрикнул на. него Белов и спас монитор от падения, придержав его руками. — Какой бес в тебя вселился? Возьми себя в руки! — он передвинул на середину стола стакан и бутылку «Боржоми», оказавшиеся в опасной близости от Федора.

Лукин поднял стул с пола, без сил рухнул на него. На лице его появилось трагическое выражение, он запустил растопыренные пальцы в волосы над ушами и сильно несколько раз дернул в разные стороны, словно проверял корни на прочность.

— Господи Иисусе Христе! Беда-то какая! — запричитал он, повторяя одно и то же, как испорченная пластинка.

Это продолжалось довольно долго, и, наконец, Белов не выдержал.

— Это что за ектинья? Объясни толком, в чем дело, ничего понять не могу. И перестань волосы на голове терзать, как дешевый трагик, — Он расслабил узел темно-синего галстука, расстегнул верхнюю пуговицу белой рубашки.

— Хорошо! — попытался взять себя в руки Лукин. — Я постараюсь. Если в двух словах — я потерял веру в человека! — он замер на мгновение, и Белов с облегчением подумал, что монитор, временно находится в относительной безопасности.

— Ну, вот и хорошо, потерял так потерял, — сказал Саша с интонациями психиатра в голосе. — Может, найдется еще, не иголка. А теперь с этого места и поподробнее, плиз."

"— И скажу, я всё скажу, — погрозил зачем-то Белову пальцем Федор.

— Давай, давай, не тяни, я весь внимание, — подбодрил его Саша.

— Все началось вчера вечером, — замогильным голосом начал Лукин. — У Сергея в тренерской появился подозрительный хмырь и…

— Постой, постой, — перебил его Белов, — а ты откуда это знаешь?

— Поведал мне о сем странник, который нашел пристанище в спортшколе в качестве стража ворот.

— Проще говоря, вахтер рассказал? — перевел его речь на более понятный язык Белов. — И что было дальше?

— Они о чем-то беседовали. О чем, сие никому не ведомо. Потом Сергей сказал вахтеру, чтобы тот шел домой, в Дом Сорского, сам обещал попозже

явиться, и не пришел, ирод такой! — со слезой в голосе крикнул Федор. — Бросил нас, детей то есть бросил… Он — не вернулся ни вчера, ни сегодня. — дезертировал!

Белов нахмурился: комедия закончилась, началось нечто более серьезное.

— А тренировка сегодня была?

Лукин замахал обеими руками, будто отбиваясь от нападения невидимых комаров.

— Тренировок не было вообще! Дверь на замке, ключи у Сергея. Куда он делся, ума не приложу. Отроков я отпустил по домам. Только навели в городе порядок с детской преступностью, и все снова здорово.

Дело и впрямь принимало скверный оборот. Степанцов исчез, никому не сказав ни слова.