Бригада (1-16)

— Понятно, значит, она мать-одино… то есть, хорошая мать… — Сергей изо всех сил старался подбирать правильные слова, но открывшийся у него дар оратора вдруг куда-то пропал. — Она ведь у тебя такая красивая. У нее есть кто-нибудь?

У Вадика вдруг изменилось лицо, не выражение его, а именно лицо: он стал похож на маленького серьезного старичка.

— Мы одни живем. Мама говорит, что все мужики — козлы.

Степанцов почувствовал себя несправедливо оскорбленным: он лично ничего такого не сделал в жизни, чтобы его можно было так назвать."

"— Ну зачем же так обобщать? — сказал рассудительно. — Во-первых, ничего плохого в козлах нет. Полезные животные и бойцы хорошие, а во-вторых… — он задумался, потому что не знал, что сказать дальше, но положение спас Вадик:

— Мамка говорит — все! — сказал он, мотнув головой, — все без исключения.

— Ну ладно, — не стал спорить Сергей. — Надо нам с тобой постараться ее переубедить…

Некоторое время они шли молча. Степанцов старался делать шаги поменьше, чтобы Вадику не пришлось бежать за ним.

— А почему вы спрашиваете? — не вытерпел мальчик.

Сергей не сразу нашел, что ответить. Откровенно говоря, он и сам не знал, почему спрашивает. Просто его интересовало все, что так или иначе было связано с этой женщиной.

— Ну вообще, чтобы знать, — уклончиво ответил он.

— А-а-а… — подозрительно протянул Вадик. — Ну-ну…

Они прошли через заброшенный яблоневый сад и оказались перед сломанной калиткой.

— Надо бы поменять, — сказал Сергей. — Поможешь?

— А то!

— Молодец! — Сергей потрепал его по плечу. — Иди, скажи маме, что я пришел к вам в гости.

Вадик побежал докладывать о визите тренера, а Степанцов с замирающим сердцем ждал его на улице. В доме послышались шаги, хлопнула дверь. Затем на крыльце появилась Светлана. Она выглядела немного заспанной, но от этого не стала менее красивой.

Сергей не выдержал и широко улыбнулся. Светлана поправила волосы, жестом пригласила его войти. Она пригладила на себе все тот же застиранный сарафан и посторонилась, уступая гостю дорогу.

— Здравствуйте, Светлана Александровна! — Сергей поднял торт. — Чаем угостите?

— Конечно, — ответила Светлана.

Степанцов оказался в маленьких сенях. На стене висел умывальник, под ним стояло ведро. Пол в сенях был покатым, линолеум почернел от времени. Под столом стояла заряженная крысоловка. Светлана толкнула дверь, ведущую в комнаты.

— Сюда, пожалуйста. Проходите.

В большой горнице стояла русская печь; рядом с ней — кухонный столик, и на нем — две электрические плитки. Светлана взяла латунный чайник, какие бывают в армии, и вышла в сени. Послышался шум воды, наливаемой из какой-то крупной емкости; скорее всего, ведра. Затем она вернулась и поставила чайник на плитку.