Бригада (1-16)

Лайза хотела его и ждала: Белов понял это по ее влагалищу. Девушка дрожала от возбуждения и с радостью приняла его. Она согнула ноги и, обхватив его за пояс, заставляла Белова проникать все глубже и глубже в себя, наполнять каждый укромный уголок своего тела. Левой рукой Саша обнял Лайзу и прижал ее — такую стройную и загорелую — к себе. Правую руку он просунул снизу и положил на ягодицы. Теперь, лишив ее возможности двигаться, он чувствовал

Лайзу так же хорошо, как и она его, и действовал медленно… в два раза медленнее, чем дышал… время от времени выходя из нее и после паузы возвращаясь обратно.

Ему нравилось поочередно ощущать колючий ежик коротких волос снаружи и атласную нежность внутри. Разительная смена впечатлений усиливала возбуждение, и он чувствовал, как его естество набухает, становится больше, и дело стремительно движется к развязке. Лайза тоже чувствовала это. Ее дыхание участилось. Глаза под полуприкрытыми веками двигались. Она закусила нижнюю губу и выгнулась дугой, пытаясь освободиться.

Но Белов лишь сильнее сжал ее в руках, не давая вырваться. Он почувствовал, как наступает пик наслаждения; Лайза напрягла мышцы и обхватила его: там, внутри себя; нежно сдавила со всех сторон, и он, больше не сдерживаясь, стал пульсировать и извергаться, стараясь отдать этому прекрасному телу все, до последней капли. Лайза надрывно закричала. Белов изо всех сил прижался к ней, словно хотел пронзить насквозь.

Она повернула голову набок, а он впился жадными губами в ямку между ключицей и нежной, ароматной шеей, покрытой мелкими капельками соленого пота. Потом они лежали долго, без движения. Лайза медленно гладила его по груди, а он целовал ее всюду, куда только мог дотянуться. Наконец она открыла глаза. и сказала:

— Пойдем в ванную.

Лайза включила воду в джакузи, добавила пену, пахнущую то ли персиком, то ли клубникой — Белов не мог разобрать. Он полностью отдался во власть щекочущих струй.

— Это было чудесно, — повторил он.

— Не сомневаюсь! — Лайза сбросила полотенце, поставила ножку на край ванны — как бы невзначай; словно ничего не имела в виду, а на самом деле — предоставляя ему возможность еще раз полюбоваться всеми своими нежными местечками.

— Так я заработал сигару?

Лайза расхохоталась. Она нагнулась и звонко поцеловала Белова в губы.

— Сейчас принесу.

Пока она ходила за щеки и сигарой, Белов осматривал ванную. На стене висел спасательный круг; это его позабавило, и он решил обязательно спросить у Лайзы, приходилось ли ей когда-нибудь использовать его по назначению. Лайза вернулась с подносом, на котором стояли два больших стакана «олд-фэшн». Все очень по-американски: капелька виски, много содовой и колотого льда, напоминавшего арктические торосы.