Бригада (1-16)

Международные общественные организации очень пристально следят за громким делом. Зарубежные компаньоны по бизнесу публично и неоднократно заявляли о своей обеспокоенности в связи с нарушением прав человека в отношении Александра Белова. Были поданы десятки ходатайств об освобождении обвиняемого из-под стражи. Почему бы не выпустить его под залог?

В такой ситуации тихая кончина «узника совести» в тюрьме, скажем, от диабета или сердечной недостаточности, была бы расценена как беспримерная наглость режима и вызвала бы невероятный шум.

Тогда как побег заключенных — дело стихийное, неуправляемое, это и тупые европейцы способны понять в своих Брюсселях. Далеко убежать, разумеется, никому не удастся, пуля догонит. Все участники, хотя они этого и не знают, обречены. Причем операция спецназа будет предельно жесткой. Короче говоря, Белов умрет как скифский князь — заберет с собой пару-тройку соотечественников. В этом что-то есть! И все- таки не хочется торопить события…

XXXVI

— Вы не забыли рекомендации доктора? — неожиданно подала голос Анюта Цой, когда они уже шли по «родному» коридору.

— Это вы насчет полосканий? — Белов с трудом отогнал одолевшие его невеселые мысли.

— Нет. Насчет того, чтобы подумать о душе.

— А что, уже пора? — удивился Саша и подумал: неужели Анита в курсе событий и ее следует опасаться?

Девушка замедлила шаг возле молельной комнаты и с укоризной посмотрела на Сашу. Только теперь он вспомнил странную фразу, сказанную Введенским под самый занавес. Генерал передал ему привет от Федора Лукина и настойчиво рекомендовал заглядывать в комнату для молитв.

— Вы со мной? — спросил Саша перед тем, как войти в украшенную резьбой дверь, похожую на царские врата.

— Нет. Буддистов ваша церковь не приветствует, — покачала головой Анюта."

"Когда дверь тихо закрылась, Александр поначалу ничего не увидел. Похоже, что тотальный дефицит лампочек распространился и на эту обитель православия. Он почувствовал запах ладана, который неожиданно напомнил ему крестины…

— Подойди сюда, сын мой, — донесся из глубины помещения тихий, благостный голос.

Саша с трудом разглядел человека в рясе и скуфейке, стоявшего у противоположной стены, возле озаренного мерцающим светом лампадки образа Николая Угодника. Постепенно глаза привыкли к темноте, и он увидел слабые блики на золоте небольшого иконостаса. В следующую секунду Белов вскрикнул от удивления.

Федор Лукин, удивительно похожий на священника, приложил к губам палец, потом показал на уши и стены. Саша и сам подумал, что молельня наверняка снабжена жучками. Он вопросительно уставился на Федора.

— Вас удивляет, что не пришел отец Василий? — громко спросил тот, и пояснил, не дожидаясь ответа. — Братья заболели гриппом.