Бригада (1-16)

Поэтому все возможные неожиданности надо свести к минимуму.

— А почему вы считаете себя вправе обсуждать со мной это? — Андрей Петрович почувствовал, что томившее его неопределенное раздражение нашло конкретного адресата. — Разве закон позволяет давить на судью и пытаться заранее сформировать его мнение?.

Прокурор укоризненно поднял свои по-прежнему красивые, тонко вычерченные брови и посмотрел на коллегу, как смотрят на больного. Его взгляд говорил: «Совсем не дружишь с головой, Иваныч. Тебе прекрасно известно, что всю жизнь обсуждали и будем обсуждать», а вслух сказал:

— Надеюсь, мы хотя бы солидарны в том, что приговор по делу Белова должен быть обвинительным?

— Солидарны, конечно, солидарны… — судья просунул руку под пиджак и помассировал область сердца. — Куда мы денемся с подводной лодки!

— Нет, а что вас, собственно не устраивает в позиции Москвы? — собеседник тоже начал понемногу заводиться. — Белов годами недоплачивал налоги в казну государства. Воровал у государства — будем называть вещи своими именами. А вы хотите, чтобы ему за это вынесли благодарность?

— Ну, положим, воровать не воровал. Фактов, подтверждающих, что подсудимый клал эти денежки себе в карман, нет. По крайней мере, я в материалах следствия таких фактов не нашел, хотя и пытался.

— Вы еще скажите, что Белов — Робин Гуд. Все отдал народу Так, по-вашему, получается?

— Положа руку на сердце, Петрович, так и получается, — судья Чусов вылез из-за стола и подошел к окну — Особенно если учесть, сколько денег комбинат тратил на социальные программы. Если мне не изменяет память, ваш сынок именно за счет Белова лечился на Кубе. А мои близнецы получали стипендию от комбината, в столице учились…

— Давайте без эмоций, коллега. Строить социализм в одном отдельно взятом крае — не директора алюминиевого комбината дело. Его дело — аккуратно платить налоги. А о гражданах позаботится государство.

— И много ты видел на своем веку той заботы со стороны государства, Дрюня? Лично я мало видел, очень мало. А вот как чиновники разворовывают казну — таких примеров вагон наберется и маленькая тележка… — он печально улыбнулся и неожиданно сменил тему: — Давай- ка выпьем коньяку, вот что.

Районный прокурор Константинов, выступающий в процессе «Красносибмета» государственным обвинителем, по-мальчишески улыбнулся. Его, как и Чусова, тяготила напряженность в отношениях со старым приятелем, и он был рад тому, что у него появилась возможность побыть прежним Дрюней. За выпивкой они продолжали спорить, хотя оба понимали: вопрос Белова давно решен, приговор вынесен далеко от Красносибирска, и обжалованию не подлежит.

— Ну, допустим, ты оправдаешь Белова, Андрон, — рассуждал прокурор, закусывая коньяк прозрачным кусочком лимона.