Бригада (1-16)

И, еще прошу, изложите ваши версии…

Просьбы фээсбэшника напоминают требование представить подробный отчёт. Ну, что ж, он имеет право требовать этого от своего агента Фотона.

— Увы, — Шмидт огорчёно потёр лысину, — Почти ничего. По последним сведениям, полученным мною от журналистов, Александр Николаевич покинул Москву. К сожалению, где он сейчас находится — никому неизвестно.

Ничего нового! О том, что Белов уехал, Введенский давно знает. Мало того, ему известно, что он уехал на экспрессе «Москва-Владивосток», что его сопровождали три человека. А вот где эта компания сошла с поезда, в каком городе или посёлке спряталась? Если уж такая мощная организация, как ФСБ, не могла добраться до бывшего авторитета, что можно требовать от начальника службы безопасности Фонда?

— Надеюсь, если вам удастся что-нибудь узнать, поделитесь со мной?

Обязательно, поделимся! — повелительным жестом приказав Шмидту оставить собеседников, пообещала Белова. — Рассчитываю на взаимное одолжение…

Похоже, ничего полезного узнать не придётся. Зря он потерял дорогое время. И всё же почему, услышав простой вопрос о муже, так растерялась Ольга? Зачем она позвала на помощь Шмидта. Неужели, она что-нибудь знает? Придётся задействовать опытных помощников, организовать за ней круглосуточное наблюдение. Не исключено, что Белов находится в Москве и сидит в каком-нибудь подвале…

Вежливо извинившись, Введенский покинул банкетный зал.

А если самому тряхнуть стариной, превратиться в связника, неожиданно подумал он, садясь в машину. Опыта не занимать, чеченский язык он знает, обычаи кавказских народов тоже знакомы. Внешность? А что внешность? Сейчас на стороне сепаратистов кто только не воюет — и украинцы, и латыши, и арабы — настоящий интернационал наёмников. Затеряться в нём — плёвое дело.

Игорь Леонидович знал, что Хохлов высмеет его — надо же придумать такое — генерал и связник! — что Председатель категорически запретит, но думать о своём немалом опыте и полезности делу, служению которому отдана вся жизнь, было удивительно приятно…

В час ночи гости разъехались. Шмидт и Белова тоже покинули здание Фонда. Дома, переодевшись в халат, Белова вызвала в спальню своего гражданского мужа. Именно, вызвала, а не пригласила. Не для выполнения супружеских обязанностей — в последнее время она не приставала к нему с ласками, не теребила мужскую грудь и не подставляла свою. Будто брезговала. Ей нужен был слушатель и зритель в одном лице.

Дмитрий Андреевич понял — предстоит серьёзный разговор. И не ошибся.

Усадив его на пуфик, женщина в распахнутом халатике бегала по комнате. Будто тигрица в клетке.

— Кажется, Введенский до чего-то докопался, — взволнованно рассуждала она, время от времени бросая на статиста гневные взгляды.