Бригада (1-16)

Памятуя приказание Базана: быдло не трогать, дойных коров не забивают, братки по шалашам и балаганам старались не стрелять, а вот жильё Омара превратили в груду жердей и лапника.

К восьми утра всё было окончено. Оставшиеся в живых боевики сдались и были великодушно отпущены на волю. Конечно, без оружия, денег и драгоценностей. Победители приступили к поиску обещанных Белым сокровищ."

"Белов в сопровождении Злого и Дока бросился к месту, где под присмотром деда Апанаса, Феди и Ярославы паслись осёдланные лошади. Дело сделано, ваххабиты повержены, братки понесли ощутимые потери, окончательно добить их, освободив жителей Первомайского от кабалы, придётся позже. Теперь нужно поскорей соскакивать, не дожидаясь вопросов, которые непременно задаст разочарованный Базан. Где мешки с песком, где самородки?

Выскочив на знакомую полянку, они увидели страшную картину: лежащего в луже крови деда и плачущего навзрыд Федю. Поминутно вытирая льющиеся ручьём слёзы, философ покаялся в своей мерзкой трусости. Во время боя в лагере, он почувствовал рези в желудке. Пришлось укрыться в кустах, спустить портки и присесть.

В это время из кустов выбежали трое нехристей. Старик бесстрашно вскинул берданку, но выстрелить не успел — его опередила короткая автоматная очередь. Ваххабиты связали девушку, бросили ее на лошадь, сами вскочили в сёдла и уехали.

Белов опустился на прогнивший пень — ноги не держали. Похитили Славу? Господи, ну, почему он такой неудачник? Убили братьев, фактически украли жену и сына, лишили его Фонда. Всё, что ему было дорого или уничтожается, или крадётся.

Непривычная Саше растерянность сменилась приступом гнева. Он не только освободит любимую таёжницу, но и отомстит похитителям. Жестоко отомстит! И не только Омару с Азизом, но и их покровителю — Зорину! Как в своё время он покарал убийцу братьев Марка и вдохновителя убийства Володьку Каверина…

Глава 6

Герман Моисеевич Верстовский был продуктом «дружбы народов». От матери-немки он взял аккуратность и пунктуальность, от отца-еврея — хитрость и непреодолимую тягу к обогащению. Именно это сочетание, казалось бы, противоположных качеств позволило обычному доктору технических наук превратиться в могущественного олигарха, ворочающего сотнями миллионов. Во время всеобщей приватизации, метко прозванной в народе «прихватизацией», он ловко завладел самыми лакомыми предприятиями. В частности стал фактическим владельцем небезызвестного Логоваза.

Герман Моисеевич не чурался политики, наоборот, считал её доходным бизнесом, сферой удачного вложения капиталов. Он покупал не только недвижимость в европейских странах — финансировал некоторые политические партии в России, вкладывал миллионы в перспективных, по его мнению, лидеров.