Бригада (1-16)

Вскоре вернулись Степаныч и Витек. В машине рэкетиров никого не было. То ли сбежали, то ли действительно их было только трое.

— Александр Николаевич, — виноватым тоном сказал Степаныч, умоляюще глядя на Белова, — ну не можем мы сейчас воевать. Я тебя прошу, давай мирными средствами договариваться. Я все улажу, заплачу сколько надо, а ты пока исчезни на недельку из Москвы. Вот и за бабой с сахаром нужно на юга сгонять. Давай ты поедешь вместо Витька?

Белов по очереди посмотрел каждому из партнеров в глаза и понял, что все они, как один, на стороне Степаныча. Даже Злобин!

— Ну черт с вами, будь по-вашему, — согласился он неохотно. — Витек, готовь машину, ночью выезжаю…

V

На разговор с Юрием Ростиславовичем Дмитрию хватило трех с половиной минут. Благо что подробно объяснять суть своей просьбы Холмогорову не пришлось. Во-первых, он уже подробно изложил свои обстоятельства в письме, посланном в Фонд на имя Александра Белова и внимательно прочитанном Шмидтом. А во-вторых, недостающие для восстановления полной картины детали Дмитрий выяснил сам. Возможностей для этого у него хватало.

После гибели Фила, Пчелы и Космоса раздавленный горем Юрий Ростиславович оказался предоставлен самому себе. Его бывшая жена Надежда закрутила роман с каким-то подозрительным типом и бросила его незадолго до упомянутых выше трагических событий. Сам Белов был слишком занят разборками с Кавериным и спасением своей семьи, потом перешел на нелегальное положение и пропал из поля зрения академика. А ему так не хватало общения с Сашей!

С Беловым у Юрия Ростиславовича сложились особые отношения еще в пору нежной юности его непутевого сына. В трудные моменты их непростых взаимоотношений Холмогоров всегда обращался за помощью именно к Белову, и не было случая, чтобы тому не удавалось разрулить ситуацию. А после того, как не стало Космоса, Холмогоров и вовсе стал относиться к Саше как к родному сыну. Вот только встретиться с ним никак не удавалось.

Материально он ни в чем не нуждался, так как Пчела еще при жизни своей открыл счета в Сбербанке на имя своих родителей, а заодно и Юрия Ростиславовича, благодаря чему они и после гибели сыновей могли получать ежемесячно довольно приличные суммы.

Кроме того, академик Холмогоров унаследовал квартиру Космоса, находившуюся рядом с его на одной лестничной клетке и в том же сталинском доме на Ленинском проспекте, где они оба были прописаны.

После похорон Космоса Надежда вновь появилась в квартире Холмогорова. Заливаясь слезами, она рассказала Юрию Ростиславовичу, что вынуждена была уехать из Москвы под давлением Коса, который пригрозил ей физическим уничтожением, если она не оставит отца в покое.