Бригада (1-16)

Он мыслит ясно и четко. Тот, кто стоит за левым плечом, шепчет ему на ухо: «Разве ты не этого хотел? Разве ты не знал, что за все приходится расплачиваться? Не платить — новенькими хрустящими ассигнациями; но расплачиваться — кусочками своего тела и последними минутами жизни, проведенными в полном отчаянии? У каждого следствия есть причина, у каждой причины есть следствие. Ты украл Европу и попирал ногами сирых и убогих. Разве это не справедливо, что теперь тебя жрут крысы?»

Наконец Ерофей умирает: не в теплой постели, окруженный плачущими детьми и внуками, а в темном подземном тоннеле, полностью облепленный пьяными от человеческой крови крысами. Они покрывают его тело наподобие живого колыхающегося ковра.

Кистенев уходит, оставляя после себя не груды сокровищ. И даже не честное имя. А только родовое проклятие, которое не прервется, покуда месть не свершится.

Белов попятился. Между лопатками пробежали мурашки. Непреложный жизненный закон предстал перед ним во всей своей суровой простоте и неотвратимости.

«Какой мерою мерите, такою отмерено будет вам». Если кто-то породил безнаказанность, то ему не следует сетовать на то, что рано или поздно она обернется против него самого.

И всем, начиная от мелких торговцев наркотиками и заканчивая обитателями рублевских дворцов, следует об этом помнить.

Саша еще раз посмотрел на скелет. В правой кисти Митрофанов сжимал револьвер, а в левой — металлический цилиндр с закручивающейся крышкой.

Белов потянул цилиндр; кости руки рассыпались с глухим стуком, как фишки домино. Света было недостаточно для того, чтобы рассмотреть содержимое цилиндра. Саша решил сделать это позже, когда выберется из подземелья.

Он перешагнул через скелет и пошел дальше."

"В душе не было ни злости, ни восхищения, ни жалости к этому человеку. Только — досада, что он так глупо сумел потратить единственное сокровище, доставшееся, в подарок от Всевышнего. Собственную жизнь.

Белов миновал еще два поворота и вдруг почувствовал, что слабый ветерок усилился. Саша сделал еще несколько шагов и уперся в преграду.

Но на этот раз стена была не каменной, а чугунной, с ребрами, сделанными в виде шашечек.

Саша решил, что это — дверь, ведущая наружу. Он опять включил подсветку дисплея и, к своему удивлению, обнаружил, что плутал по подземным лабиринтам добрых два часа.

Белов принялся обшаривать стены в поисках какой-нибудь кнопки или рычага. К счастью, рычаг действительно был, и он был очень заметным.

Александр сунул телефон в карман и обеими руками ухватился за рычаг. Сначала ему не удалось даже сдвинуть его с места.

Белов повис на чугунной ручке и уперся ногами в стену. Тогда рычаг стал медленно поддаваться. Саша подпрыгнул и навалился на него всем телом.