Бриджертоны: Вторые эпилоги (ЛП)

Он наклонился, поцеловал сестру в щеку и добавил:

– Ты, определенно, должна идти к гостям.

Элоиза застенчиво улыбнулась, снова став смущенной невестой, и кивнула. Пожав руки Пенелопы в последний раз, она прошла мимо Гиацинты (которая в этот момент закатила глаза) и вернулась на свадебный прием.

Пенелопа держала Колина за руку и, слегка прижавшись к супругу, смотрела ей вслед. Они наслаждались тишиной, лениво глядя на пустой дверной проем и слушая доносившиеся издалека шум и гам светского приема.

– Как ты думаешь, вежливо ли будет удалиться прямо сейчас? – прошептал Колин.

– Наверное, нет.

– Полагаешь, Элоиза будет против?

Пенелопа покачала головой.

Муж крепко ее обнял, и Пенелопа почувствовала, как его губы нежно касаются ее ушка.

– Давай уйдем, – предложил он.

Она не возражала.

***

Двадцать пятого мая тысяча восемьсот двадцать четвертого года, день спустя после свадьбы Элоизы Бриджертон и сэра Филиппа Крейна, в номер мистера и миссис Колин Бриджертон, постояльцев гостиницы «Роза и ежевика», близ Тетбери, что в Глостершире, было доставлено три письма. Все письма прибыли из Ромни-холла одновременно.

– Какое откроем первым? – спросила Пенелопа, разложив их перед собой на кровати.

Колин рывком стянул рубашку, которую надел, чтобы открыть на стук.

– Я, как всегда, полагаюсь на твое суждение.

– Как всегда?

Он снова расположился рядом с супругой на кровати. Пенелопа становилась удивительно привлекательной, когда начинала ехидничать. Он не припоминал больше ни одной женщины, которой бы это удавалось.

– Как когда мне удобно, – исправился Колин.

– Тогда начнем с твоей матери, – решила Пенелопа, выбрав одно из писем на простынях. Она вскрыла печать и осторожно развернула лист бумаги.

Колин смотрел на молодую жену, пока та читала. Глаза ее расширились, потом поднялись брови, а губы слегка приподнялись в уголках, как будто она помимо воли улыбалась.

– Какие у нее новости? – поинтересовался он.

– Она нас прощает.

– Я так понимаю, не стоит спрашивать, за что?

Пенелопа серьезно посмотрела на мужа.

– За то, что мы рано покинули свадебный прием.

– Ты же сказала, что Элоиза не станет возражать.

– И я уверена, что она не возражала. Но это же твоя мать.

– Заверь ее, когда будешь отвечать, что случись ей снова выйти замуж, я останусь до самого конца.

– Я такого не напишу, – отрезала Пенелопа, закатив глаза. – И, в любом случае, не думаю, что она ждет ответа.

– Правда? – Теперь Колина одолевало любопытство, потому что его мать всегда ожидала ответов на свои письма. – Что же мы такого сделали, дабы заслужить ее прощение?

– Э-э-э… она упомянула что-то о появлении в скором времени внуков.

Колин усмехнулся.

– Ты что, покраснела?

– Нет.

– Да, покраснела.

Она боднула его локтем под ребра.

– Нет.