Сыщик Бреннер [2 книги]

Я внезапно сообразил, что вообще не слышал от стрелков ни одного слова. Даже тут со мной говорил один Шалимов. Странно. Впрочем, не более странно, чем огромный и смертельно опасный железный «страус» без головы, бродящий вдоль рядов по залу в поисках своей добычи.

Я слышал его тяжелые шаги и примерно мог оценить, где «страус» находится в данный момент.

Через пару минут, устав кружить, он пошел напрямик, раскидывая во все стороны поддоны с коробками, и вскоре вернулся в свободную от поддонов центральную часть зала и направился к единственному выходу, блокировав его своим телом. Теперь, чтобы вновь оказаться в спасительном туннеле, мне нужно было миновать смертоносный механизм.

Я осторожно выглянул из своего убежища — обзор был весьма незначителен, но влезать на поддон, чтобы осмотреться лучше, я побоялся — где-то по залу еще бродили оставшиеся стрелки с «томми-ганами» и Шалимов.

Очередь ударила прямо у меня над головой. Кто-то из стрелков заметил меня, но промахнулся. Я кинулся вперед, стараясь покинуть зону обстрела, но тут заработали еще два «томми-гана», заставляя меня бежать зигзагами.

Кажется, меня постепенно зажимали в тиски. Мне и так невероятно повезло, что два стрелка погибли, не успев причинить мне вреда, но справиться с оставшимися, даже учитывая «дырокол», я и не надеялся. А еще был железный страус, отсекавший всяческую возможность отступления.

Интересно, мелькнула несвоевременная мысль, а где же сам Кречетов? Почему он не со своими людьми? Да и в городе ли он вообще? Ведь, получив ценный кофр, он вполне мог отправиться восвояси…

Одна из пуль все же зацепила меня, пребольно ударив в левое плечо. Хорошо, что «дырокол» я держал в другой руке, иначе тут же выронил бы его, а подобрать — времени бы не хватило. А так я лишь скривился от боли: плащ вновь спас меня — и продолжил смертельно опасную пробежку по узким проходам между восьмифутовыми штабелями ящиков, прекрасно понимая, что минутой раньше или минутой позже, но мой бег вместе с жизнью оборвет очередь.

Два раза я умудрился проскочить в прямой видимости «страуса», но он больше не стрелял, давая возможность своим сообщникам прикончить меня. Возможно, Шалимов опасался излишнего шума, хотя на таком расстоянии от основного туннеля — хоть бомбы взрывай, никто не услышит.

Я пытался на бегу пальнуть в «страуса» из «дырокола», но промахнулся. И тут же преследователи заставили меня продолжить бег по кругу, не дав возможности для повторной попытки.

Когда я увидел «страуса» в третий раз, меня ждал неприятный сюрприз. Вокруг него стояло восемь новых стрелков, одетых точь-в-точь как их товарищи, а в руках у них были столь нелюбимые мной «томми-ганы».