Сыщик Бреннер [2 книги]

— Кажись, пришли, вашбродие, вам тудысь. — Бородач остановился и показал рукой в сторону бокового хода, остальная же группа славных строителей пошла дальше, не задерживаясь и не проявляя ко мне ни малейшего интереса. — Лемешев должен сегодня там быть.

И, тут же забыв обо мне, бородач кинулся догонять своих. Я же стоял в полном одиночестве перед ответвлением туннеля и думал, не вернуться ли обратно и не подождать ли Лемешева-Шалимова снаружи. Ведь рано или поздно он должен подняться на поверхность.

Все же я продолжил свое путешествие в одиночестве, благо лампа вполне сносно освещала все вокруг на несколько шагов. Новый туннель, хотя точнее было бы назвать его отворотом туннеля, был и уже, и ниже, чем основной. Скорее всего, он предназначался для обслуживания основного пути, по которому пойдут поезда. Его пробурили на будущее, поэтому народу здесь не было вовсе, хотя в главном туннеле постоянно в обе стороны сновали люди и дрезины. Здесь же царили покой и тишина, только время от времени сзади доносились чуть приглушенные расстоянием крики, ругань и шум дрезин.

Я уже сомневался, что найду здесь Шалимова. Но все же шел вперед по узкоколейке и надеялся, что рано или поздно эта дорога закончится. Время от времени и влево и вправо уходили новые, еще более темные и безлюдные ходы, но их я попросту игнорировал. Еще не хватало заблудиться тут, под землей. Унтербан — это не естественные лабиринты Патании, где я как-то блуждал восемь дней, потеряв всяческую надежду на спасение. Но все же и здесь вполне можно было плутать долгими часами в поисках рабочих, способных вывести тебя на свет божий.

Вдруг я услышал приглушенные голоса где-то впереди. Наконец-то люди! Я так обрадовался, что на некоторое время потерял осторожность и почти побежал, стараясь выйти к ним как можно быстрее.

Голоса доносились из бокового коридора, полностью перекрытого решеткой, которая сейчас, к счастью, была чуть отодвинута в сторону, и я смог пройти.

Я так спешил, что слегка перестарался. Мне помешала темнота, а света моей лампы все же недоставало, поэтому я не сразу сообразил, что этот новый отрезок туннеля делает легкий изгиб, и проскочил его, даже толком не заметив.

Зато когда я оказался в довольно просторном зале, наполовину заставленном деревянными ящиками, то машинально перешел с бега на шаг, а потом и вовсе замер на месте.

Правда, было уже поздно. Зал освещался несколькими прожекторами, и я смог прекрасно разглядеть все вокруг.

В двадцати шагах от меня стояли семь человек. Один из них был в мундире унтербанмастера, с теми самыми зелеными нашивками на левом рукаве, о которых поведала мне наблюдательная Сельма Сигизмундовна.

Лемешев-Шалимов — бывший морской офицер, позже грабитель банков и неизменный помощник Кречетова.