Сыщик Бреннер [2 книги]

«Йо-хо-хо, ублюдок! С Рождеством тебя, червяк!»

Я распахнул дверь и встал на верхнюю ступень. Локомотив мчался в темном мрачном туннеле, яркой звездой освещая свой ход.

Пора прыгать. Сколько осталось? Поворот или два?

И тут я вылетел на относительно ровный и длинный участок рельс. Теперь я вспомнил точно, сразу за ним был очередной изгиб и там провал с червем.

Теперь же ситуация изменилась. Червь уже миновал изгиб туннеля, я видел его морду с тысячами жвал-дробилок. Он прокладывал себе путь к станции, а там и выход наверх, в город. А за одном червем не придут ли другие?

Ох, не завидовал я в этот момент ни Фридрихсграду, ни кайзер-императору царю-батюшке, ни полиции, ни червю, ни себе. Всем нам скоро так или иначе будет хреново. Уж поверьте мне, я большой специалист в подобных вопросах.

— И за батюшку-царя родила богатыря… — не совсем точно процитировал я Александра Сергеевича.

Я почти решился прыгнуть со ступени, как внезапно почувствовал, что локомотив сдает ход. Чертовы демоны ада! Рукоять тумблера самостоятельно сдвинулась на пару делений назад — аварийная защита. Машинист должен лично держать рукоять при столь стремительном разгоне, иначе механизм начинает торможение.

Я рванулся обратно к тумблеру и перевел рукоять в нужное положение. Локомотив встряхнулся, как собака после купания, и пулей полетел вперед.

Кажется, убраться отсюда я уже не успею.

Вот такой конец истории. Сожран гигантским червем! Нет, я все понимаю, так обычно и бывает, законы природы, круговорот и все такое прочее, мы жрем, нас жрут, но чтобы вот так разом, одним махом — это постараться надо…

Я печально смотрел, как догорал бикфордов шнур. Времени до взрыва оставалось всего ничего. Секунд десять.

Я еще прибавил скорость. Максимум. Имперские инженеры изрядно постарались, создавая это чудо техники.

Императорский локомотив совершал свой первый и последний выезд.

Девять, восемь, семь, шесть, пять…

Я спрыгнул, не стал ждать до самого конца, это уже не замедлило бы скорость движения.

Полет мой был случаен, меня перевернуло в воздухе, но я успел заметить, как локомотив на всей скорости влетел в распахнутую пасть червя и помчался по его бесконечному черно-бурому телу дальше, вглубь.

А потом случилось сразу две вещи: раздался чудовищной силы взрыв — это наконец догорел бикфордов шнур и динамит рванул, и меня ударило о стену туннеля — точнее, впечатало в нее спиной. И больше о тех событиях я ничего не помню.

— Бреннер, очнись, слышишь меня?!

Голос доносился до сознания как из бочки. Но пара хлестких ударов по щекам привела меня в чувство, и я возмутился:

— Да очнись ты, сейчас легаши нагрянут, надо сваливать!

Я наконец открыл глаза. Надо мной склонился Джо, живой, но изрядно потрепанный.